Приехали в Музей МВД в Москве. Не выдержал спрашиваю — на кой мы сюда приехали. Музей можно и потом посмотреть — сейчас время дорого что бы на музей смотреть. На меня цыкнули и сказали — сиди и слушай. Музей открылся и к открытию подошел старичок с палочкой. Старый дед в чем душа держится.
Я ему излагаю все основные факты и замолкаю. Но деду этого мало он въедливо выясняет все мелочи по каждому делу и особо его интересует только одно. Не было ли у жертв хоть какого-либо темного или сомнительного обстоятельства в жизни. И так по каждому и насколько тщательно я это проверял. Не халтурил ли. Не срезал ли углы. У меня все материалы были с собой, и я предоставил эти бумаги деду.
Он читал и смотрел каждый лист на просвет за малым на зуб не пробовал.
И опять по новой и по новой одно и тоже. Может все-таки были если не пятна, то хотя бы намеки на пятнашки в биографиях убитых. нет говорю не было ни у одного не было. Мало того и дети у них все очень достойные люди и не только дети у ветерана и внуки и правнуки — без единого темного пятна или сомнительных каких-либо обстоятельств.
Дед помолчал и говорит спасибо Вам теперь и умирать можно будет видно сумею я этот долг закрыть.
Глава 20
Поговорить с человеком, который мог бы мне помочь в раскрытии убийств в нашем городе мне не удалось. Его свалил сердечный приступ и теперь ветеран лежал в госпитале и в сознание пока не приходил. Надо было возвращаться обратно но мне не хотелось оставлять незаконченным разговор с внештатным экскурсоводом музея МВД. Он явно знал о убийце в нашем городе. Теперь надо было только ждать, когда ветеран придёт в сознание и сможет говорить. Только оснований находиться в Москве у меня не было надо было возвращаться. Решить мою дилемму — ехать или оставаться решила будущая теща. Видя мои метания, она просто убедила мужа / моего будущего тестя/ что мне просто необходимо задержаться в Москве. Вопрос был решен за десять минут — приказом по МВД меня временно прикомандировали к оперативно-следственной группе, работавшей по трупу, обнаруженному в Москве-реке.
Обстоятельства уголовного дела были следующие: в Москва-реке был обнаружен труп неопознанного мужчины примерный возраст 50–55 лет примет не имелось. Сначала у трупа отрубили голову и руки в дальнейшем труп попал под винты речного трамвайчика и винтами всё тело изуродовало.
Ни к одному без вести пропавшему в Москве и области привязать труп не смогли и к опознанию труп был не пригоден. Генетическая экспертиза слишком долгая вещь и эту экспертизу даже не назначали.