— Лопата, выражайся яснее. — Не понял я.

— В городе, в районе «самолетов» опять пропали молодые. Пара шла домой и не дошла. Два дня тому. «Волчок» и «Бибик» поднимали всех, но никакого результата. Да и кто из наших решиться близких «воров в законе» трогать.

— А заявление что — то не помню. Сегодня у Вас в отделе с утра будет мать девушки. Её дочь и есть дочь «Волчка». Надо найти и это не первый случай. У «самолетов» там уже пропадали парочки и никто из них не нашелся. Их не грабили наши и никто из наших не знает, что там случилось.

Если будет нужна помощь, то будет любая. Да и для начала, что бы ты понимал как нам это важно. Утром придут к тебе люди и расскажут, как они обнесли твои хаты. У тебя их там двадцать семь по-моему. У тебя будет время искать нашу пропажу. Только сдай нам этих уродов.

— Лопата, ты меня не проверяй. Сдавать Вам никого не буду. Вы с этими уродами и в «СИЗО» легко сведете счеты. Нет в этом никакой нужды. Всё и не проси по другому не будет.

Помолчав, агент протягивает мне расписку, которую я написал под наркотой и к ней несколько листов бумаги. Проверяю расписку — да, это тот экземпляр подлинный и прохожу на кухне к плите и зажигаю газ /газовую конфорку / и сжигаю до пепла эту проклятую бумагу, которая так сильно могла повлиять на мою жизнь. Так одной большой проблемой меньше. Теперь читаю остальные бумаги, что подал мне агент. Это полные расклады по квартирным кражам висящих на мне. Теперь раскрытие будет не зависимо от прихода с явкой с повинной от исполнителей. Подняв такой пласт квартирных краж, я, по показателям прыгаю в первые строчки и приказ о поощрение у меня в кармане. Таким образом, за эту неделю у меня снимается все три «неполных служебных соответствий» и на аттестации у меня железная позиция и у меня не будет проблем. Меня не уволят. Остается только проблема в Белозерове. Вернее в его желании разоблачить меня как «оборотня» и взяточника. Это будет сделать очень трудно, денег я поднял немало и ближайшие три — четыре месяца я могу просто шиковать. И не лезть в сомнительные гешефты с сторонними раскрытиями и частными расследованиями.

Спать уже не хотелось. Поэтому оставил у себя Лопатина и дал ему для заварки пачку чаю меньше на «чефир» не хватит и пошёл жарить яйца и колбасу. День предстоял хлопотный и завтрак должен быть плотный. Пока я завтракал, агент уговорил кружку так им любимого «Чефиря» и я его осторожно выпустил из квартиры.

Более не стоило доверять агенту. Он ясно дал понять, что наше сотрудничество более не тайна для воровского сообщества и ему могут скидывать «дезу».