— Эту крепость придётся брать. Какова текущая численность воинов эмира?

Мне ответил Назиф.

— После тревоги гарнизон крепости был значительно усилен за счёт возвращения части сил, ушедших ранее в поход на Акру. Хотя даже после этого он составляет лишь четверть от положенного.

— Сколько?

— Примерно пятьсот воинов и под сотню стражи.

В повисшую паузу вмешался ассасин.

— Некоторые могут встать на нашу сторону, но их не хватит для захвата.

— Назиф?

Араб в это время уже разбирался с выданной ему одеждой «рыцаря-новичка». Ненадолго замирал, беря в руки очередную обновку. Наверное, запрашивал «системную подсказку ». Может быть, такие одежды и несколько не по статусу всего лишьвоину , но не в портках же ему ходить? А другой у меня нет, перед визитом к сарацинам я выгрузил всё лишнее вличной комнате .

— У меня больше нет полномочий приказывать воинам. Может быть, кто-нибудь послушался бы, — он горько усмехнулся, — но это безумие. Никто не захочет так рисковать. Да и что делать потом?

Я отмахнулся.

— Полномочий достаточно у меня. Крепость возьмут мои люди. Просто не хочется заливать её кровью. За смерть невиновных мне придется ответить перед Гавриилом.

— Если твои воины сами всё сделают, то я, пожалуй, смогу убедить остальных не вмешиваться, — в голосе теперь уже бывшего начальника конюшен отчётливо слышалось сомнение. — Среди воинов хватает шиитов, таких как я. Но лучше бы тебе сначала убить эмира, иначе данные ему клятвы в верности перевесят любые мои слова.

Я кивнул и обернулся к ассасину.

— Верно ли я понял, что до утра время у нас есть?

Призрачное знамя, воткнутое мною прямо в каменный пол подземной тюрьмы, колыхнулось, как будто разворачиваясь на невидимом ветру. Ощущение чужого взора придавило, но не застало врасплох, и я опустился на колено, склоняя голову. Оба моих союзника тоже явственно его ощутили, так как распластались на коленях, прижимая лоб к полу, как это принято у магометан.

Гавриил молча смерил взором нас всех, перевёл его на помещение, скользнул по свисающим со стены цепям, и вздохнул.

— Переговоры, вижу, не задались. Кто эти люди?

Мне показалось, что арабы ещё сильнее вдавили головы в каменные плиты.

— Ты установил Маяк, — правильно понял мои мысли Ангел. — Сейчас меня слышат все, кто имеет на это право и находится рядом. Эти люди получили посвящение от тебя и теперь тоже слышат. Докладывай.

Я заговорил. Гавриил задавал уточняющие вопросы, несколько раз обратившись и к арабам.

— Ситуация понятна. Хорошо, что сразу не пошёл наводить справедливость, а воззвал ко мне. Я ждал, ведь что-то подобное должно было рано или поздно произойти, не с тобой, так с другим. Ты отнюдь не первый мой посланник, подвергнувшийся нападению обычных людей. И не первый, на кого посмел поднять руку светский владыка. Но если в случае простыхрыцарей мои руки в связаны Правилами, то при нападении на людей, отмеченных знаком, что они находятся под моей защитой, все запреты и ограничения спадают.