— Может, отложим? Ты едва на ногах стоишь, — вместо приветствия предложил Игнат.

— Сейчас или никогда, — голосом, в котором проскакивали истерические нотки, ответил парень. — Я и так деревенским дурачком слыву, но если взлечу… — Свою мысль он не закончил и скрылся в ангаре.

Демидову ничего не оставалось, как пойти за ним следом. За ночь тут изменилось совсем немного, аппарат стоял на прежнем месте, исчез двигатель со стенда и часть батарей, что лежали у стены.

— Я уже запустил винт, вроде хорошо крутит, — направляясь к двери ангара и снимая замок, сообщил в пустоту Вальтер. Он распахнул двери, и в ангар хлынул солнечный свет. — Ну что, готов к позору?

— Я готов лететь, и я в тебя верю, такие, как ты, двигали людей в космос. Пошли, говори, что делать, — понимая, что парню сейчас нужна поддержка, бодро ответил егерь.

Это воодушевило Вальтера, он даже стал менее дерганным.

— Вышибай стопор из-под колеса с твоей стороны, упирайся в крыло. Не бойся, пластик крепкий, не развалиться. И толкаем, — распорядился летун.

Стоило самолету появиться на центральной улице и протиснуться в ворота в крепостной стене, ну не предусмотрены она для крыльев таких размеров, как со всех сторон повалил народ. Похоже, все население, не занятое на полях, в основном женщины и дети, ну и, конечно, дружинники барона ломанулись смотреть на деревенского дурака и его нового друга, который вроде как являлся почтенным егерем.

Число зрителей росло, и Вальтер снова начал нервничать. Вдруг он замер, уставившись на кого-то в толпе, и вроде как даже смог улыбнуться. Игнат перехватил его взгляд, там стояла маленькая кругленькая девушка лет восемнадцати с очень добрым лицом и сияющими от возбуждения и счастья глазами смотрела на летчика. Похоже, она стала тем фактором, которого Вальтеру не хватало, он теперь был защищен от смеха толпы и едких комментариев сиянием этих глаз. Если парень переживет первый полет и путешествие с Игнатом над зоной боевых действий, все у этой парочки будет замечательно.

Вальтер словно изменился под этим взглядом, он уверенно застегнул свою кожаную куртку, натянул толстые перчатки и опустил очки, после чего, махнув Демидову на прощание, полез в свою лодку. Внутри было два сидения, как в багги, друг за другом, места не сказать, чтобы много, весь самолет метра три в длину.

Прошла минута, друга, смешки в толпе стали громче. Кто-то крикнул:

— Десять к одному, что не взлетит. Десять чеканов, — добавил тот же голос.

— Принимаю, — азартно крикнул Игнат.

Народ потянулся к импровизированному тотализатору. Демидов прикинул, что если выиграет пари, то доход будет не меньше сорока золотых. А если проиграет, то потеряет не больше десяти.