— Охренеть, — сказал я.

— Поздравляю. Ты только что испытал гастрономический оргазм, — рассмеялась Брита, вставая и убирая пустые тарелки.

— Охренеть, — повторил я.

— Одно из главных удовольствий в жизни — это хорошая еда. Большинство игроков этого лишены. Ты уже пробовал секс?

— Несколько часов назад. Это намек? Я могу еще раз.

Кажется, я начинаю повторяться, но шутка уместная. Да это и не совсем шутка. Брита хороша — вместо комбинезона на ней футболка и обтягивающие штаны. Спортивная фигура, упругие формы. А карие глаза как два пистолета, нацеленные прямо в сердце. Где-то я уже видел такие глаза.

— Уверен? Со мной у тебя все равно не получится.

— Почему?

— Силенок не хватит. Поздравляю с рекордом шоу, кстати.

— Спасибо, — я не был удивлен, что она знает. — И за еду спасибо. А теперь давай к делу.

Брита подошла, развернула стул и уселась на него, сложив руки на спинку.

— Ты уже знаешь, кто ты такой? — спросила она.

— Конечно, — кивнул я. — Репликант, которому повезло получить гены легендарного убийцы.

— Угу. И как ты себя оцениваешь?

— Я сильный, быстрый и решительный. И не тупой, вроде, так что к чему эти вопросы?

— А еще ты прешь напролом и не считаешься с последствиями, — как по заученному сказала Брита. — И с чужими жизнями.

— Отчасти. Я решил, что не буду таким же маньяком, как папа Рик.

— Папа Рик, — усмехнулась девушка. — Неважно, что ты там решил, эм-сто восемь. Хочешь или нет, но станешь таким же.

— Нет.

— Да, — слово Бриты упало камнем, так что стол между нами едва не треснул. — Ты просто не отдаешь себе отчета. Ты родился маньяком, которому нужны лишь кровь и слава. Изменить себя не сможешь, как ни пытайся. Ты обречен на судьбу, записанную в твоих генах, а гены — как ты сам сказал, от легендарного убийцы. Так что никем другим стать тебе не светит.

— Не понимаю, к чему ты ведешь, — нахмурился я. — Переходи к сути.

Брита меня проигнорировала:

— Что ты почувствовал, когда победил сегодня на шоу? Что чувствовал, когда убивал охотников? Я скажу — ты чувствовал кайф. И чувствовал его вдвойне, когда вспоминал, что за этим наблюдают зрители.

— Твою-то мать, — рыкнул я. — Допустим, что ты права. Мне понравилось убивать. Но это же было не просто так! Я убивал, чтобы выжить.

— Чтобы выжить, не обязательно убивать. Но ты выбрал именно этот путь, и даже не понял, почему... — Брита постучала ногтями по спинке стула, не отрывая от меня сверлящего взгляда. — Хотя, «выбрал» неправильное слово. Ты просто не мог поступить иначе. Убивать, стремиться к славе, находить врагов на ровном месте и потом уничтожать их — это у тебя в крови.