— Это красиво. А они что?
— Ну а что они? Что они могли сделать против своего крупнейшего акционера? Тихо приняли деньги назад.
— Подождите-подождите, она ограбила свой банк?
— Нет, дедушкин.
— А-ха-ха, — развеселился я. — Это дважды красиво.
Обнаружив такое количество общего, мы незаметно перешли на «ты».
Тут самолет вздрогнул, у меня заложило уши и нас попросили запереть все имущество на полках: транспорт пошел на посадку.
Внизу нас ждала Осака.
Глава 5
Нас высадили из самолета и выпустили в местный аэропорт, где нам предстояло проторчать четыре часа. Я отправился побродить по залам в надежде поесть и размяться.
Получилось отлично — я нашел не только приятное место с турниками и тренажерами, но и баскетбольную площадку. Покрутил головой — где бы найти мяч, — и обнаружил трубу, из которой они должны были высыпаться. Надеюсь, мяч можно получить бесплатно, лишних денег у меня примерно нисколько.
Табличка на автомате гласила, что мяч можно получить бесплатно, если обязуешься использовать его по назначению. А не по назначению — три талера. Прекрасно! Я счел, что любое использование мяча — по назначению, и нажал кнопку. Из трубы тут же с грохотом выкатился оранжевый мяч с черными швами и заскакал в мою сторону.
Я в одиночестве побросал мяч в кольцо, больше желающих не нашлось, и отправился искать еду. Делать все равно было нечего, можно было и поесть. К сожалению, большая часть заведений радости не вызывала, потому что торговала примерно тем же, что давали в самолете: протеиновыми кубиками с соусами и без. Но в дальнем конце коридора все-таки приятное место с местной кухней, где я обнаружил и Лису, и мальчика с мамой, и всех наших стюардов.
— Риц! — замахала мне рукой Лиса. — Давай к нам!
Я улыбнулся, взял себе суп с распущенным яйцом и присоединился. Тут мы и просидели до посадки, обсуждая, что никто из нас в Осаке не был и жаль, что нет возможности посетить. Дурацкое время на пересадку — четыре часа. Слишком много для безделья и слишком мало для выхода на улицу. Тем не менее мы смогли убить все это время и даже удивились, когда объявили наш рейс.
Перелет из Осаки в Улан-Батор я намерен был провести более продуктивно, и, как только сигнал стабилизировался, снова вызвал университетскую анкету. Сто вопросов — ух! Надеюсь успеть до следующей посадки.
Анкета сумела поставить меня в тупик первым же вопросом: где вам больше нравится работать — в помещении или на улице? Ну и как на него отвечать? Для начала не могу сказать, что мне так уж нравится работать, это всё же необходимость. Ну и от климата зависит. Даже на побережье не каждый месяц радует: пять месяцев дожди. Они не круглосуточно, но в это время ничего на улице я бы делать не стал. Следующим номером предлагали выбрать, с кем я хочу работать — с людьми, животными, андроидами или техникой. Ага, забавно, раньше андроиды считались техникой, а теперь их вынесли в отдельный класс. А нельзя ли выбрать два из четырех? Нет, нельзя. Пусть тогда будет техника. Следующий вопрос требовал ответа, хочу ли я следить за качеством или состоянием? Серьезно? А в чем разница? Я уже чувствовал, что мне не хватает понимания вопроса. Наверное, для такой анкеты надо было сначала закончить университет. На следующем этапе предлагалось выбрать, будет ли мне милее обсудить концерт или книгу. К сожалению, варианта «ничего из предложенного» не было. Скрепя сердце, ткнул на концерт. По крайней мере, на концерте я был два дня назад в баре — парни из местного магазина исполняли каверы каверов «Шумного дьявола», и мы его действительно с народом обсудили. Решили, что было достаточно громко, чтобы считать это музыкой.