— Я слышу его… — старик замер. — Он не спит. Почувствовал нас. Помнит.

— Какой план? — поинтересовалась Юлия.

— Я ещё не встречал девятнадцатирангов, — произнёс Бугай со скрываемой тревогой в голосе. — Но предполагаю, что он будет самым опасным нашим противником.

Они дошли до хранилищ и заняли позиции.

— Я выманю его, — вызвался Иванов, выходя вперёд.

— Слишком рискованно, — покачал головой Бугай. — Я это сделаю.

— Ты не знаешь планировки здания, заплутаешь — тебе конец, — не согласился старик. — Я только кажусь немощным. Вы ещё удивитесь.

Резонов для возражения у Бугая не нашлось.

Силуэт старика исчез в дверном проёме и повисла тишина.

— Что-то он долго… — спустя пять минут обеспокоенно произнесла Юлия. — Может…

Хлопок взрыва, а затем яростный рёв.

Спустя секунд двадцать из того же дверного проёма пулей выскочил Иванов.

— Он очень зол!!! — сообщил он. — Бейте в голову!

Сам он присел рядом с Бугаем и вскинул странных формы и вида оружие, до этого лежавшее в кобуре на поясе. Бугай сначала подумал, что это пистолет, но это определённо имеет мало общего с классическим короткоствольным оружием. Также старик вытащил из кармана какие-то цилиндрической формы металлические предметы, которые держал в левой руке.

Спустя минуту, наполненную грохотом и яростным рёвом, из окна слева от двери, со звоном стекла и треском рам, вылетел здоровенный мертвец, покрытый желтой кожей, как старое кресло Бугая в его квартире на Коммунистической улице в Мольске. Мышцы этой твари были гиперразвиты, конечности длинные, но туловище очень узкое, противоестественно, но очень практично. Череп большой, покрытый короной из костяных наростов, направленных вверх. В голову бить будет малоэффективно.

Бугай открыл огонь, но стрелял не в череп, а по коленным суставам, которые, в отличие от локтевых, не были защищены выпирающими толстыми костяными наростами.

Тварь почему-то посчитала, что он является приоритетной целью, поэтому кинулась напрямик к нему, игнорируя рвущие жёлтую плоть попадания.

И тут в дело вступил Иванов. Наведя своё оружие на заражённого, он зажал спусковой крючок и из «ствола», с уже слышанным характерным хлопком взрыва, ударил разряд молнии.

Разряд попал в голову твари, та слегка замедлилась, но не остановилась. Иванов лихорадочно выдавил отработавший цилиндр из казённика оружия и вставил один из сжимаемых в левой руке.

Юлия била в левую ногу твари, броня которой оказалась слишком крепка даже для их усовершенствованных боеприпасов.

«А что если использовать в качестве пуль материал шипов застрельщика?» — мимолётно подумал Бугай, развернувшийся и побежавший прочь.