22

Лагерь болгарской армии теперь в суточном переходе от Константинополя, возле небольшого городка Мелантия, сейчас пустующего, потому что все население разбежалось. Арабы сидят между двумя рвами, боясь высунуть нос, потому что с обеих сторон прилетает сразу. Болгарские отряды постоянно рыскают вдоль внешнего рва, обстреливая из луков слишком любопытных врагов. На городских стенах дежурят лучники, которые то же самое проделывают с теми, кто пытается приблизиться к ним. Продовольствие арабам привозят на галерах, которые приближаются строго с запада, чтобы не попасть под огонь римских дромонов. Понятия не имею, почему наши враги до сих пор не сняли осаду, хотя уже середина календарного лета, а до холодов взять штурмом столицу империи уж точно не смогут, как и пережить в своем лагере еще одну зиму. Может быть, боятся покидать какие-никакие укрепления, а может, им пообещали, что вот-вот прибудет огромное подкрепление, совместно с которым они все-таки одолеют неприступную крепость и захватят богатейшие трофеи — несметные богатства, собранные со всей ойкумены.

Чтобы болгары не грабили подданных императора или, оголодав, не ушли домой, нам постоянно подвозят продовольствие из северных и западных регионов. Вместе с обозами в нашем лагере появляются послы от Льва Третьего. Один из них по имени Петр Лардис и вовсе постоянно живет в небольшом шатре, поставленном рядом с ханским. Посол горбонос и черноволос, но кожа на лице белая с ярким румянцем, какая бывает у рыжих германцев. Его идеальные греческий и латынь выдают выпускника константинопольской Аудитории. Говорят, что происходит из очень знатной семьи, временно обедневшей, поэтому, наверное, и послан выполнять задание, рискованное и тяжкое для изнеженного человека. Ни булгарским языком, ни славянским не владеет и не собирается учить, даже простые обиходные фразы не освоил, хотя гостит уже почти два месяца. На этой почве мы с ним и познакомились: я помог договориться с одним из командиров-славян, который предложил послу большой, необработанный кусок янтаря, добытый, как догадываюсь, где-то на берегу Днепра или на территории будущей Волыни.

— Ты франк? — поинтересовался Петр Лардис.

— Гот, — ответил я и добавил шутливо: — Сбежал сюда от сарацин, а они и здесь объявились!

— Откуда так хорошо знаешь наш язык? — задал он следующий вопрос.

— Мои учителя закончили то же учебное заведение, что и ты, — сообщил я.

— Да, куда только жизнь не заносит выпускников Аудитории! — со смесью хвастовства и язвительности молвил он, после чего полюбопытствовал: — Ты служишь в армии хана?