Закончив с очередной жертвой, я перешёл к следующей, удивляясь насколько же легко убивать, будучи демоном. Особенно специализированным, который создан для шпионажа и диверсий. Приблизиться, закрыть рот и нанести один хорошо выверенный удар. А потом переходить к следующему орку. Надеюсь процесс никогда не начнёт мне нравится, но должен признать, что убивать у меня получается хорошо.
Переходя от шалаша к шалашу, трудно было не вспомнить первых людей, встреченных мной в этом мире. Бандиты убивали, грабили и насиловали. А я их перебил. Здесь ситуация повторялась с той лишь разницей, что кожа мертвецов имела другой цвет, а мои навыки несколько возросли. Не было ни тревоги, ни неожиданностей. Просто я планомерно всех на тот свет, а потом осторожно влез в шалаш колдуна и положил руку ему на лоб, погрузив зеленокожего в ещё более глубокий сон. Работа на дистанции это хорошо, но при прямом контакте всё получается вернее. Собственно суккубы возвели данное правило в абсолют, потому сношать их не стоит и опытным менталистам, вскроют мозг за здорово живёшь.
Закончив с чароплётом, я вылез на свежий воздух и вдохнул его уже вновь будучи человеком. Подойдя к костру и подкинув туда немного дров, я махнул рукой Хора и тот вскоре присоединился ко мне с вопросом:
— Ты точно всех того?
— Ага. Того — хмыкнул я — Остались только часовые, сейчас по ним пройдусь. А ты пока разбуди пленников. У орков есть припасы, а им неплохо бы нормально пожрать. И присмотри, что колдуна мне случайно не зарезали.
— Так он жив? — резко насторожился болотник. Магия… Она очень у многих в этом мире вызывала опасения. И не без причин.
— Да. Я его надёжно вырубил, так что ближайший час точно не очнётся. А ты можешь готовится получать награды — улыбнулся я.
— Какие награды — не понял он.
— Не знаю, но они должны быть весомыми — тут оставалось только пожать плечами, всё таки мне было не известно, что творится в голове коменданта Фриско — В конце концов тот зеленокожий умел усиливать соплеменников, вон в той палатке новый бугай лежит. Так что он определённо должен знать, кто её придумал. Ну или раздобыл.
— Не уверен, что нас за это осыпят золотом — фыркнул Хора — Щедрыми северяне становятся только тогда, когда дело ну совсем дрянь. А пока что даже большого набега не было и ни одной деревни не сгорело.
— Хорошо бы его вообще не было — проворчал я, констатируя, что тут тоже всё не слава богу. Межмировая стабильность, мать её так.
Глава 15
Не могу сказать, что колдун обрадовался, когда проснулся туго связанным, в окружении очень злых людей и с ножом у горла. Всё таки засыпал он будучи полным хозяином положения и предводителем нескольких десятков орков. Не бог весть какая сила конечно, но её было бы вполне достаточно, чтобы прийти в племя не из могучих, перебить там мужчин и самому стать вождём. Ну или ограничится смещением и изгнанием самого вождя с его ближниками, всё таки ребята тут собрались представительные, а главное богатые. Большая часть их шайки погибла, но трофеи с битвы против людей вполне себе остались, а на болотах они немалый капитал. В здешней земле хватает железа, но у дикарей всё не слава богу с его добычей, как впрочем и с обработкой. Потому хороший клинок людской работы уже богатство, пусть зеленокожие и предпочитают перековывать их на исконно-посконные топоры, тратя кучу дефицитного угля. С ткацкими мастерскими у орков всё тоже так себе, у людей полотно выходит куда как лучше, а потому тоже ценится дороже. Так что если бы клыкастые джентльмены удачи всё правильно обставили, старейшины солидной части племён сами бы отдали им власть, попросив прошлого вождя на выход. Зеленокожие конечно дикари, но тоже неплохо понимают, когда лучше и выгоднее договорится, а не лишиться большей части трудоспособного населения. С едой тут всё не очень хорошо, а если количество активных охотников сократится ниже некоего критического значения, то старики, женщины и дети племени начнут умирать. Собственно не будь расклады столь паршивыми, они бы не ходили на людей в набеги так активно. С болотниками зеленокожие бодаются не только ради мести за уже убитых родичей или охотничьи угодья, но и потому что даже в этих глухих чащобах люди живут побогаче и у них есть что взять.