Место уже занято. – Странно, только что было свободно. – Я ошиблась, простите, – девушка бросила трубку. Ситуация повторилась трижды. Что за напасть такая? На четвертый раз я воскликнула: – Да что ж такое! Вы четвертая, которая говорит мне, что место уже занято! Что происходит? Женщина на том конце провода вздохнула: – Ну что вам сказать, милая. Думаю, вы знаете ответ. Кому-то серьезному вы дорогу перешли. Я поблагодарила и задумалась. Да, я знаю, что у Санты серьезные связи. Но не думала, что он настолько мстительный и оставит нас с братишкой без средств к существованию. Словно услышав мои мысли, зазвонил телефон. На экране высветилось имя бывшего начальника. – Алло? – осторожно ответила я. – Привет, Измайлова. Ну, как ты? Слышал, работу ищешь? Получается? – Сами знаете, что нет! Зачем спрашиваете?! Зачем вы вообще всё это делаете?! Вы же знаете, что у меня брат на руках! Как вам не стыдно?! Я жаловаться буду! – Дело принципа, Измайлова! Если всем позволять над собой насмехаться, на шею сядут. В этом городе тебе работу не найти, хоть зажалуйся! Но я ж говорю, я отходчивый. Если извинишься и согласишься на мои условия, я помогу тебе с работой. И даже больше! – У меня к вам тоже деловое предложение! Почему бы вам не пойти в жопу?! – я в ярости выключила телефон. Ещё два дня я безуспешно обзванивала компании и фирмы. Согласна была на любую работу с более-менее нормальным окладом, но в приличные места меня не брали. А куда брали, там график был неподходящий, чтобы за Егором в садик успевать, или зарплата такая, что не только за квартиру, но и на еду не хватит. Ну что ж, безвыходных ситуаций не бывает! Уедем в другой город! Мне стало грустно, я искренне любила свой небольшой городок. Здесь я выросла, здесь Светка. Что я буду делать в чужом незнакомом городе? «Так! Хватит ныть! Ты потомственная дворянка! Держи лицо!», – я как будто услышала голос своей прабабушки Ольги, которая пережила войну и голод, но обладала несгибаемым духом и железной силой воли. Я решительно тряхнула головой, позвонила Светке и объяснила ситуацию. Она разохалась и обещала прийти вечером. Теперь надо было решить, с кем оставить Егора, пока я буду устраиваться на новом месте. Единственная родственница – тётка по линии отца, тётя Зина, но к ней я не обращусь никогда. После смерти родителей она взяла над нами опекунство и поселилась в нашей большой четырехкомнатной квартире вместе с мужем и дочерью Марианной. Они не были рады нам с Егором, и тётка хитрыми манипуляциями отобрала у нас квартиру.