Что ж, подожду и я. Здесь, в сокровищнице герцогской резиденции. А затем, с наступлением утра я обрушу на обречённый город Армагеддон.
Глава 22
Глава двадцать вторая.
Капитан Ярослав Кречет, бывший командующий Корпусом Тринадцатой Стражи, ныне находящийся под арестом, и без особого сопровождения не покидающий свои комнаты, насупившись, грозно смотрел на своего позднего гостя. Сержант Федор Корнедуб, кряхтя, вытащил из-за пазухи бутыль со сливовой настойкой и поставил на письменный стол, сдвинув в строну ворох бумаг.
Даже будучи отстраненным, Кречет продолжал работать, с головой зарываясь в документы. Отчасти он делал это, чтобы со скуки не начать лезть на стены. Арест арестом, следствие следствием, но за последние дни всегда деятельному Часовому постоянное нахождение в четырёх стенах так обрыдло, что охраняющие его воины Второй Стражи начали посматривать на гигантского капитана с боязливой настроженностью. Как бы не сорвался и не натворил чего
Дюжие, закованные в силовую броню бойцы не питали никаких иллюзий и полностью отдавали себе отчет, что даже безоружного и бездоспешного Кречета удастся остановить только выстрелом из крупнокалиберной пушки в упор, которой, как назло, под рукой не у кого не было.
— Это что? Хочешь споить меня и окончательно закрепиться в моем кресле? — вместе с тем облизнувшись, спросил Кречет, нарочито сердито тыкая пальцем в пузатую бутылку. — Змием зеленым соблазнить решил?
— Да пошел ты на хрен, — фыркнул в усы Корнедуб, усаживаясь за стол. — Я кому угодно готов магарычи ставить, лишь бы быстрее все взад возвернуть! Ну не мое это дело — целой Цитаделью командовать, Ярик, не мое! Хоть поедом меня ешь, а все поперёк горла стоит… Стаканы-то где?..
Усмехнувшись, Кречет выдвинул один из ящиков дубового массивного стола.
— Что по «Жаворонку», Федя? Все так плохо, как я думаю?
Корнедуб, разливая спиртное, принесшее в комнату приятный резкий запах свежей сливы, мрачно поморщился.
— За помин душ наших братьев и выпьем, капитан. Нету их нигде. Как в воду канули. Все досмотрели как положено, проверили, за границу тока не заходили… Но оно и понятно, что нету их более в живых-то. Еще минус один корабль, Ярослав…
— Ни в коем случае не допускай Рыкова к нашим делам, — заглотив стакан и немного помолчав, сказал Кречет. — Слава святым, что этот паскудник и сам не хочет не во что влезать. Только тем и занимается, что о мести за набитую морду думает. И хорошо, пусть дальше бесится. Усиль патрулирование западных земель. Что по северу и Стуже?
Снова разлив настойку, Корнедуб пригладил усы и, покосившись на затянутое тьмой позднего вечера окно, пробурчал: