— Вот! — Из кустов появился Леший. В руках у него был железный прут длиной около метра. — Держи, — он протянул мне его.

Взяв в руки прут, я удивился его весу: неплохой дрын, крепкий и весьма тяжёлый.

Леший перепрыгнул невысокое ограждение беседки, отчего она снова жалобно скрипнула, и взял у меня из рук прут.

— Попробуй согнуть его, — он взялся за концы прута и, напрягаясь изо всех сил, слегка погнул железяку, — ух! — По его лбу скатились капельки пота. Леший победно оглядел собравшихся ребят. Думаю, мало кто мог бы повторить его подвиг.

— Давай попробую, — взяв из его рук прут, я напрягся и под удивлёнными взглядами начал его сгибать — медленно, но неотвратимо. С каждой секундой пруток сгибался всё сильнее и сильнее. Я почувствовал, что в глазах начинает темнеть, и резко остановился.

— Всё! Больше не могу, — я передал железку Лешему, который наблюдал за происходящим с выпученными глазами.

— Не знаю, как ты это делаешь, — он крутил в руках согнутый почти пополам пруток, — мне кажется, это невозможно.

Леший бросил пруток на пол беседки и пожал мне руку:

— В субботу после завтрака выходим на свалку, считай, что ты принят в нашу команду!

Снова раздались крики: «Молоток!» — И ребята начали дружно хлопать меня по плечу.

На моём лице расплылась улыбка. Было несколько поводов радоваться.

Первое и самое неожиданное — похвала ребят оказалось мне очень приятна. Они искренне радуются за меня. Очень непривычное ощущение. Я их знаю всего полдня, но это не мешает ощущать себя в их компании, как дома. Даже лучше, чем дома. В моем прошлом детстве никто за меня искренне не радовался, а во взглядах окружающих всегда присутствовали либо зависть, либо ненависть. Когда я вырос, добавилось ещё уважение, но редко попадались люди, которые просто нормально относились ко мне, и им ничего не надо было от меня.

Вторая причина пребывать в отличном настроении — это понимание того, что печати на астральном теле по-прежнему со мной! Это просто восхитительно. Особенно, если учесть, что на их нанесение я потратил, в общей сложности, больше пяти лет и просто прорву магической энергии.

Леший отправил гонца к Никодиму, местному завхозу и преподавателю по труду. Как сказал Ким, лучше сразу сдаться и дружно починить беседку, чем делать вид, что мы тут ни при чём.

Удивительно зрелый подход. Вообще, Леший казался мне весьма основательным и при этом честным парнем. Не ожидал встретить подобных людей в интернате.

Вскоре заявился Никодим с ящиком инструментов. Когда ребята о нём говорили, я представлял себе пожилого человека. На деле Никодиму оказалось слегка за тридцать. Был он крепким, с крупными мозолистыми руками. На голове кепка. Одет в светлую рубашку, жилетку и тёмные штаны с большим количеством карманов.