— Что даст нам морской путь, который контролируют персы и русские? — выкрикнул представитель Коканда.

— Клан Чинхва имеет долю в проекте, — быстро ответил за соратника Абулхаир Альдибекович.

— Ну и что с того? В чем польза для тюрков? — не унимался кокандец.

— В чем польза говоришь? Ради этого мы сегодня и собрались! Только вот чтобы сохранить тайну нужно проверить все ли присутствующие здесь искренне выступают за Союз Тюрков или пришли по шпионить для своих хозяев! — припечатал Таир Мансурович, разгневанный бестактными замечаниями кокандца.

— Что за недоверие! — не полез за словом в карман оппонент.

— Мы здесь гости и доверили свои жизни хозяевам встречи, и вы еще смеете сомневаться, — поддержал протест ширванец.

— На самом деле родичи мы прибыли, издалека прекратив все свои дела, а тут встречаем сомнения? — обиделся якут с обмороженным до красноты лицом…

— Чем спорить не лучше ли просто открыть свои мысли ментату? В чем проблема для вас снять артефакты и подтвердить свои истинные намерения? — вновь надавил Таир Мансурович.

— Где гарантия, что секреты наших кланов не станут известны Чинхва? — тут же вполне обосновано возразил кокандец.

Я как-то довольно отрешенно наблюдал за происходящим, конечно, пора было включаться и брать ситуацию под контроль, но пока мы ели и вели пустопорожние разговоры, ответственность за тело было перекинуто на кластер. Мое же сознание занималось с удивительной юртой. Именно, здесь я понял, о чем говорят одаренные, когда описывают мир магии.

Маги огня видят вокруг себя сполохи пламени и помогают первородной стихии вырваться наружу в нужном им месте. Водники находят в мире тугие жилы и плетут из них узоры силы. Свои особенности есть у магов земли и воздуха, но суть сводится к тому, что одаренные видят немного больше, чем простые смертные.

Те же кто сумел освоить сразу несколько стихий и вовсе наблюдают радугу чуть ли не каждую секунду. В этом кстати и сложность, видеть несколько сил может немало людей, но освоить и контролировать их способны лишь самые дисциплинированные и интеллектуально развитые. Ведь чтобы смешать в один магический узор две или даже три стихии требуется точный расчет, скорость, богатое пространственное воображение и незаурядные способности.

Но это лирика, я как маг разума тоже что-то видел. Только моя картина мира ограничивалась или глухой стеной если человек имел артефакт или огоньком разума. Но в юрте я впервые увидел артефакты ментальной магии. Мои диски были той же природы, но пока они не активировались я их не «видел». А здесь вся юрта пылала, как новогодняя гирлянда. Узор был так сложен и непонятен, что я поначалу подумал, что это сделано реально для красоты. А кто его знает Хана Ханов мог, наверное, себе и такое позволить, чтобы, так сказать, услаждать свой взор и тренировать чувство прекрасного!