Эх, Петя, тебе бы задать стрекача сразу, но уж ты слишком близко подошел ко мне. Ухватить парня за руку и подтащить к себе — дело трех секунд.

— Помо… — попытался заорать парень, но боль в руке отбила такое желание.

И что, сейчас соберется толпа, что станет вызволять бедного сутенера из лап незнакомого совбура? Да не смешите меня. С браунингом и моим удостоверением никакая толпа не страшна.

— Давай-давай, ори громче, — посоветовал я. — Ты ори, а я посмотрю — кто к тебе на помощь придет.

Вон и помощь идет. Я отчего-то не удивился, увидев, как к нам направляется твердым шагом милиционер. Форма пока еще армейская, но на буденовке и на груди имеются красного цвета щитки, с изображением серпа и молота.

— Граждане, что здесь происходит? — строго спросил милиционер.

— Вот, напал на меня, держит, — плаксивым голосом сообщил Петя, а я, слегка встряхнув юношу, отчего тот взвыл, перевел взгляд на милиционера и потребовал:

— Документы свои покажите.

— Чего? — вытаращился на меня милиционер.

— Я сказал — служебное удостоверение покажите, — ледяным тоном приказал я, а потом поторопил. — Быстро показываем документы и представляемся, как положено! Н-ну?

Милиционер, смерив меня взглядом — дескать, что это за фрукт, верно, что-то понял и полез в карман шинели за удостоверением. Раскрыв его, показал мне в развернутом виде.

— Вот. Младший милиционер Востряков.

— Хорошо, — кивнул я. Перехватив руки, чтобы Петя оказался в левой, сам вытащил свою «ксиву».

— Член коллегии ВЧК Аксенов.

Хорошо, что не перепутал, не представился Кустовым, а ведь мог бы.

— Товарищ Востряков, почему допускаете присутствие на вверенной вам территории сутенеров? А ведь тут Кремль рядышком.

— Так какой же это сутенер? — попытался выгородить юнца Востряков. — Это Петя, он тут постоянно…

Эх, Востряков-Востряков… Понятно, почему ты до сих пор только младший милиционер. Нет бы сказать — не могу знать, виноват, он принялся оправдываться, да еще бездарно. Петя, видите ли тут постоянно… Крышует милиционер проституток, стало быть.

— А что он тут постоянно делает? Девками торгует?

Востряков опять открыл рот, но тут же его закрыл.

— Удостоверение.

Я протянул руку, а милиционер безропотно отдал мне свой документ, хотя и не должен был этого делать. А сам-то я имею ли право отбирать у сотрудника милиции служебное удостоверение? Если брать мой прошлый мир, то нет, а здесь, так и да.

— За документом придете на Лубянку. Спросите у дежурного — в какой кабинет обращаться, там вам все скажут. Или в ваше отделение позвонят, и вас вызовут.

Кто у нас отвечает за коррупцию внутри сотрудников смежного ведомства? А ведь и не знаю. Но кто-то должен контролировать милицию. В крайнем случае, составлю рапорт, прикреплю к нему удостоверение Вострякова и отдам тому же дежурному.