Разумеется, Аксенов всего этого знать не мог, как не мог о том знать сам товарищ Троцкий. Предполагать, да, Лев Давидович мог.
— Итак, товарищ Аксенов, принято решение об отправке в Архангельск специального эмиссара. Его задача — заставить американцев и англичан как можно быстрее начать вывод своих войск. При этом, главную роль в этом должна сыграть белая армия.
Ну ничего себе товарищ Троцкий задачи ставит! Может, еще и мировую революцию совершить? Или чего-нибудь попроще — отобрать у Колчака золотой запас или луну с неба достать?
Видимо, на моей физиономии проявились те мысли, которые мне бы не хотелось озвучить, потому что Троцкий рассмеялся:
— Не пугайтесь так, товарищ Аксенов. Эта задача вполне выполнима.
— Как понимаю, эмиссаром стану я? — решил я зачем-то уточнить, хотя это и очевидно. Дождавшись кивка «Льва революции», спросил: — Моя задача столкнуть лбами англичан и белых, вследствие чего союзники покинут Архангельск?
— Именно, — кивнул Троцкий. — Мне трудно вам что-нибудь посоветовать. Думаю, вы сами выработаете план действий. Не торопитесь, время у вас есть. Если понадобится — в вашем распоряжении будет и подполье, и разведка Архангельска. Связь станете поддерживать с товарищем Кедровым. Все детали обсудите с ним.
Лев Давидович так пристально смотрел на меня, что подумалось — а не брал ли он уроки у какого-нибудь старого каторжника, вроде моего наставника? Но играть в «гляделки» с одним из вождей революции не с руки, и я поспешил отвести взгляд.
— А какой смысл сталкивать лбами белогвардейцев с союзниками, если интервенты и так покинут Архангельск?
— Поверьте, смысл в этом есть. — Троцкий кивнул, откинулся в кресле, давая понять, что аудиенция закончена. Мы с Артузовым поднялись. Когда мы покидали кабинет, Лев Давидович бросил мне в спину: — Да, товарищ Аксенов. Если недовольство белогвардейцев и эвакуация союзников совпадут по времени — ничего страшного.
[1] Чрезвычайная комиссия по разгрузке Архангельского порта
Глава 20. Эмиссар Троцкого
Задание Центра не содержало конкретной даты. Спешить не нужно, но и медлить нельзя. Поскольку для запланированного мною требовалась чистая вода, пришлось ждать, пока Северная Двина не очистится от льда, а флот белых и интервентов не начнет подготовку к наступлению. Покамест друзья-союзники переминались с ноги на ногу, улавливая сведения с Востока. Напряглись, было, когда командующий Восточным фронтом Каменев начал очень активно гнать Колчака, но потом расслабились, узнав о прекращении наступления.
План действий я уже подготовил, но он требовал одобрения «сверху», потому что здесь задействовались такие силы, что только фамилия Троцкого могла привести их в действие. Я изложил соображения в шифровке, но ответ из Центра задерживался. Подозреваю, что там сейчас не до меня. Как раз случился скандал Троцкого и Вацетиса с Каменевым, командующим на Восточном направлении, и его комиссарами. Комфронта хотел продолжать наступление на Колчака, но Вацетис с Троцким его придержали, в опасении, что у адмирала имеется достаточно резервов, а половина армии Каменева перебрасывается на Южный фронт. Когда красный «стратег» начал упрямиться, Троцкий просто снял его с должности. Комиссары через голову наркомвоенмора обратились к Ленину, Каменев остался на месте, а Вацетис на время лишится должности.