— Незаконные гонки, даже… Даже взлом счетов — это не то же самое, что убийство, — прошептала Алиса.

— Я…

— Забирай Вильяма и уходи, — сказала она чуть громче, не давая Яну договорить.

— Алиса, я не…

— Я сказала, уходи! Не хочу тебя видеть! Не могу! Убирайся, пока я не вызвала службу безопасности!

— Алиса…

Ян всё ещё медленно шёл к ней, без какой-либо агрессии, но ей казалось вот в этот самый момент, что он свернёт ей шею, лишь бы она никому не сказала. Почему-то эта странная мысль разрослась в голове стремительно и беспощадно, в руке снова появился огненный сгусток.

— Не приближайся. Уходи, прошу тебя…

Ян молчал, и это молчание натягивало нервы, как струну.

— Я сказала, проваливай! — Алиса шлёпнула ладонью по столешнице узкой барной стойки, оставляя на ней обугленный отпечаток.

— Прости, — выдохнул, наконец, Ян.

Он развернулся, подошёл к дивану и, подхватив на руки ничего не понимающего Вильяма, направился к выходу. Алиса почти ничего не видела за нахлынувшей пеленой слёз. Когда дверь за Яном закрылась, она сильно зажмурилась и мотнула головой, стараясь успокоить дыхание.

— Стоило ожидать, что принцессе не понравится, как шваль, вроде нас, решает вопросы.

Алиса резко открыла глаза. Привалившись к стене, рядом с дверью всё ещё стоял тот парень с красным хаером.

— А ты что ещё здесь делаешь? — прошипела она, снова чувствуя, как ускоряется сердечный ритм.

— Знаешь, такая белорученька в розовых очках точно не пара Бланку. Тебя тошнит от одной мысли, что кто-то живёт не в твоём идеальном мире. — Парень оскалился в злой улыбке.

— Пошёл вон отсюда, — снова прошипела Алиса. — Или я тебя подожгу.

— Боюсь. — Он поднял руки. — Ян хороший парень, жаль, что влюбился в такую суку, как ты.

— Пошёл вон! Урод!

Алиса не глядя нащупала миниатюрную кофемашину и со всей дури дёрнула на себя, срывая с док-станции. Пластик в руке начал плавиться. Боль пробила кожу, и она со злостью и криком зашвырнула кофемашину в парня, но тот увернулся, хохотнул и скрылся в дверном проёме.

Это было последней каплей. Алиса взвыла от того, что расплавленный пластик въедался в ладонь, и от отчаяния. Всё вокруг неё рушилось и теряло очертания, всё, что у неё было, уплывало сквозь пальцы.

Так больше продолжаться не могло. Она совсем не знала Яна, не знала того мира, откуда он пришёл, не знала вообще ничего. Залитый с ног головы кровью образ Яна вставал перед глазами. Почему она так долго думала? Почему?

Фрейсон же гений, он мог… Мог сделать что угодно! Почему Ян не перестал с ней общаться? Почему её начал преследовать странный хакер… Может быть, она знала так мало о Яне, потому что он и не Ян Бланк вовсе?