Вот уж не думал что Милан такой чувствительный. Ну или его с девушкой связывает нечто большее, чем может показаться на первый взгляд.
— Она… Она хорошая, — забормотал юрист сквозь слезы. — не заслужила такой смерти. Лиса правда старается, изо всех сил, поверь, Андор… — его слова вновь захлебнулись в глухих рыданиях.
— Да хватит тебе убиваться. Она же сейчас оживет, даже я к этому привык. Ты вон, уже раз пятьдесят за эту неделю умирал.
— Мы другое дело, а она девочка. — он сел на землю баюкая обрубок тела.
Да уж, я явно что-то не понимаю. Зрелище было мягко скажем жутковатое. Я старался избегать смотреть в ту сторону. Однако, нечто странное привлекло мое внимание. Что-то неправильное было в представшей картине. То есть она и так была совсем ненормальная, но была деталь, которая делал всю ситуацию еще более жуткой. Мое подсознание что-то заметило, а я еще не замечал. Что же это может быть?
Твою… Да что же это?!
Голова Лисы… верхушка черепа отсутствовала и было ясно что внутри пусто. Я попытался сдержать рвотный позыв, и не смог.
Милан не обратил на меня внимания. И хорошо, надеюсь он ничего не поймет. Никогда. Даже для меня это верх ненормальности, не смотря на все мое нездоровое отношение к самке богомола.
— Оша! — позвал я мысленно, — Оша, твою мать!
— Что? Я не понимаю, что с моей матерью.
— Да ничего! Ты зачем сожрала Лису! Она же своя.
— Но она ведь мертвая, какая разница?
— Она своя блин! Ясно? Своя! Своих трогать нельзя!
— Я думала, это только к твоему этому Милану относится.
— Ко всем! Это относится ко всем людям.
— Попахивает расизмом. — заключила Оша. При чем было очевидно, что расизм, — новое для нее слово. — Другую самку или мать можно, мы всегда так делаем. А самку людей почему-то нельзя.
— Нельзя!
— Но это расточительство. У нее очень хороший мозг. Питательный и сильный…
— Прекрати, я не хочу этого слушать! Черт! — меня снова вырвало. Сообщение Оши сопровождалось образом. Мозг… Твою мать!. — меня в очередной раз скрутило пополам. — пожалуйста, не ешь больше никого.
— Ты не последователен. — хмуро ответила Оша. — Я вижу, что ты желаешь мне добра. И что я должна выжить по твоему мнению. Однако ты своими мизерными силами не сможешь меня защитить. Я себя тоже не смогу защитить, и мне нужно становиться сильнее. Мозг людей, хорошая подпитка сил. Мертвое тело, больше не вмещает в себя жизнь. Не нежно никому. Ценный ресурс и полезный. Сможет сделать меня сильнее. А ты не даешь, значит я буду слабая и меня погубят.
Что-то в моей голове поменялось. Видимо это како-то воздействие богомолицы. Однако вид воющего юриста, не позволял мне совсем потерять бдительность.