Дед все еще ярился, лицо было оскалено и мозг подбирал очередную едкую фразу, а по его щекам текли слезы.
* * *
Когда Петр, под кодовым именем S.Li.Z.Nyk. — 34756/32, выбрался из капсулы, он пятнадцать минут смотрел на свои руки. Молодые руки. На ощупывание лица, тела и проверку своих новых возможностей ушел еще целый час.
Он смеялся как сумасшедший и пританцовывал на месте, под ритм одному ему слышной музыки.
Когда к нему обратился ИИ и назвал его другом, Петр послал его дружить с другими представителями маргинальной молодежи. А затем подумав попросил, к приличным людям больше не приставать.
Не соврал слащавый ублюдок. Молодой. Я снова молодой.
Долг какой-то висит, и пока ничего не понятно, но это такие мелочи. Главное живой.
Он сел на пол и чуть не разревелся как девчонка.
В таком положении его и нашел Лисик, сразу определив на роль «жертвы».
Лисик не был маньяком или насильником, коим его часто считали. Он просто хотел признания. Хоть какого-то.
На Пекле он был уже два с половиной года. Он видел многих зеленых неумех, которые уже через месяц щеголяли высокими уровнями и дорогой амуницией. А он нет.
Порой у него появлялось жгучее желание взять какого-нибудь новичка и сделать с ним что-то плохое. Показать, что он, Лисик, сильнее и значимее. И даже когда этот новичок в будущем добьется высот, и будет смотреть в его сторону с пренебрежением, Лисик будет знать, — когда-то все было совсем наоборот.
Сам Лисик ничего не мог или не хотел. В прошлом он был видео-публицистом. Интересная, но никому даром не нужная специализация.
В основном, его творчество сводилось к разбору ошибок и критике более успешных коллег. Так же он ругал глупость читателей, которые совершенно отупели и не ценили настоящее искусство. Естественно, в виде творений Лисика.
Признание со стороны троих друзей, матери и двух нищих фанатиков, подпитывало его самомнение, и давало пищу для причин, считать себя непризнанным гением.
А вот денег у него никогда не было. Мать, хоть и гордилась сыном, сетовала на то, что он никак не займется чем-то серьезным.
Однажды, во время очередного серьезного разговора с матерью, где она в который раз просила сына взяться за голову, Лисик так разошелся, что ударил ее.
С тех пор для него началась новая жизнь. Мать перестала оплачивать его счета. Друзья быстро отвернулись. А фанаты, — смотрели восторженными глазами и только.
Работать непризнанный гений так и не пошел, зато открыл для себя фонды социальной помощи от банков. Лисик жил, ни в чем себе не отказывая, целых десять лет. Но он совершенно позабыл о том, что банки никогда ничего не дают просто так и всегда получают свои деньги обратно. Позабыл он и о процентах.