Первым делом Стас целительской ладонью заставил нервные окончания отключиться. Подобное действие потребовало не так много праны.

Затем он аккуратно, но твердо подхватил большеберцовую кость, после чего четким движением, под тихий хруст вернул ее на место в суставную сумку.

— Вот же ж дерьмо, — передернулся от восторга подсматривающий Эиджи. Его глаза горели нездоровым энтузиазмом.

Но что-то Стасу подсказывало, что его восхитили не виды голой ноги, а опухшая, вывернутая не в ту сторону конечность.

Лежащая Мэй содрогнулась всем телом, но все же удержала крик. Ордынцев нахмурился, видимо, анестезию он довел не до конца.

С другой стороны, он впервые применяет целительскую ладонь на людях. До этого его максимумом были собаки и свиньи.

Зафиксировав ногу в правильном положении, Стас стал прикасаться светящейся ладонью к тем местам, где располагались поврежденные связки.

Знание того, что именно он хочет вылечить, здорово помогали сэкономить прану, но даже так его резерв стремительно пустел.

Мужчине пришлось вновь подождать восстановления хотя бы части заряда, чтобы более-менее закончить работу.

Мэй поспешно одела штаны обратно, после чего осторожно встала и поморщилась. Нога все еще болела, но ходить можно было.

— Моя семья будет тебе благодарна, — кивнула она Стасу, стараясь сохранять невозмутимость. Было видно, что она не привыкла благодарить. Тем более кого-то, кого она считала ниже себя по рангу.

Стас лишь молча кивнул.

— Ну наконец-то! А то я уж думал про меня забыли. — Теперь уже Эиджи протянул было руку, но осекся под взглядом землянина.

Стас отвернулся и, кое-как стащив нагрудник, принялся лечить уже свои болячки.

Воткнувшаяся ему в бок деревяшка вызвала трещину в одном из ребер и здоровенный синяк на весь бок.

И вновь после лечения резерв землянина показал дно.

Столь частое опустошение запаса праны не могло обойтись без последствий. И хоть третья партия праны уже заполняла его резерв, Ордынцев чувствовал себя не очень хорошо. Подташнивало.

Как самая здоровая бочку подхватила Мэй, взвалив ее себе на загривок. Благо, у бочки оказались плетенные ручки.

Стас, походя вокруг, нашел лишь четыре ножа, пятый, видимо, в себе умудрился унести вожак.

Инвалидная команда медленно и печально двинулась в сторону сгоревшего дерева. Оставаться на месте битвы было плохой идеей. Когда местные монстры переборют страх перед волками тут развернется новая бойня за бесхозное мясо.

Никому не хотелось разговаривать. Они столь часто за этот день оказывались на волоске от смерти, что товарищи Ордынцева явно немного переосмыслили свою жизнь.