— Твоя ложь вызывает у меня лишь омерзение, — зло буркнул Идзуна, сильнее стискивая рукоять своей катаны. Оба бойца были вооружены мечами, уже вытащенными из ножен. — Я всегда знал, что ты хочешь забрать мое место. Ты прикидывался верным сыном моего отца и моим братом, но я всегда видел этот честолюбивый огонек в твоих глазах.

Старший принц сделал паузу, так как от злости у него перехватило дыхание. Наконец он справился с резкой вспышкой гнева.

— Я много раз говорил отцу, чтобы он сделал тебя обычным воителем нашего клана. Чтобы ты убрался из нашей семьи и больше не имел никаких прав на место отца. Но он не хотел так поступать. И к чему мы пришли из-за его… Мягкотелости! — Идзуна с трудом выдавил из себя последнее слово. Ему было больно говорить это о своем отце.

— Не говори так о нашем отце! — рявкнул Джишин, нахмурившись. — Прояви уважение хоть напоследок!

— Тебе ли говорить об уважении? — слова Идзуны были буквально пропитаны ядом. — Думаешь, если бы отец был жив, он очень бы обрадовался, что ты приготовил переворот⁈ Что из-за твоих гнилых амбиций наш клан на пороге гражданской войны? Еще чуть-чуть и мы примемся убивать друг друга на потеху Мизуно. Это по-твоему допустимая цена твоего восшествия на место главы клана?

— Все, что я делал, было сделано лишь из-за тебя, Идзуна! — рявкнул Джишин. — Мне прекрасно было известно, как ты собираешься со мной поступить. Если бы ты взошел на престол, я был бы тебе уже не нужен. Что, я по-твоему должен был послушно умереть⁈

— Да, — твердо заключил Идзуна, заставив Джишина невольно сделать шаг назад. — Твой долг, как одного из нас, Сумада, был умереть с честью, чтобы не допустить гражданской войны. Таков был твой долг, как сына нашего отца.

— Веселенькую же судьбу ты для меня приготовил, — сплюнул Джишин, подняв небольшое облачко пыли. — А почему ты сам не предпочел умереть? Твоя смерть тоже бы решила массу проблем.

— Отец выбрал наследником именно меня. — отрезал Идзуна. — Ты не более, чем его ошибка. Даже великие ошибаются, но за их ошибки приходится платить куда больше.

Между бойцами повисло неуютное молчание.

— Касательно же того, что ты хотел или не хотел, — старший принц обвел катаной окружающие земли. — Это именно из-за тебя мы сегодня здесь.

— Я с тобой не соглашусь. — тут же возразил Джишин.

— От такого, как ты я и не ждал согласия. — проворчал Идзуна.

Братья больше не собирались болтать, ведь дальнейшие слова были бессмысленны.

Во время разговора оба воителя занимались тем, что готовили свои тела к бою. Очаги праны у обоих раскручивались, словно турбины у электростанций, готовясь выпустить сметающий все и вся сокрушительный поток праны в их праноканалы.