Но действия Стаса все же принесли результат, когда бесчувственный демон подошел к концу он был уже в дверях донжона.

Обрушившаяся на разум агония заставила его споткнуться, но он силой воли взял ее под контроль и продолжил бег с болтающейся в руках Мари.

Тесные коридоры не могли вместить всех бегущих, образовав столпотворения, поэтому в какой-то момент пришлось пойти на крайние меры.

Возникший прямо перед ним затор в виде толкающихся воителей Стас разметал, ничуть не заботясь о сломанных костях или проломленных головах.

В любом случае, сейчас всем было не до того, чтобы обращать внимание на столь незначительную деталь.

Когда же он выбежал во внушительный зал, где и остановились высшие, то он окончательно понял, что шанс спасти хоть какую-то часть низших почти потерпел полный крах.

Из-за того, что те были намного медленнее, они попросту не успевали. Даже средние воители, выжимая из себя все силы, уже не успевали.

У них же на хвосте сидели злющие Мизуно и самураи Хигацудо, которые скорее всего считали, что здесь скрыт какой-нибудь секретный подземный туннель.

Зал был весь покрыт светящимися зелеными письменами, чьи линии тянулись и уходили, как под землю, так и куда-то вверх. Каждую пару секунд по знакам проходила волна, похожая на биение огромного сердца. И можно было заметить, что с каждой минутой биение происходит все чаще.

Сама же защитная техника Сумада напоминала огромный слоистый панцирь черепахи, в котором плиты постоянно перемещались, складываясь друг с другом для лучшей защиты.

В панцире было оставлено несколько отверстий, которые в реальном времени закрывались, уменьшаясь.

Один за другим средние воители вбегали внутрь, врезаясь в стоящих плотно других воителей.

Первой вбежала Каэда с Леви. Значительная часть хвоста здоровенной змеи волочилась по земле, но это не сильно беспокоило, ни первую, ни вторую.

И лишь спустя пару секунд прибыл Стас с Мари, успев чуть ли не в последнюю секунду.

Внутри царило дикое напряжение, нестерпимо воняло потом, кровью и даже дерьмом. Когда живое существо взрывается от попадающей в него техники, оно разбрасывается вокруг самой разной жидкостью. И тем, кто в этот момент будет стоять рядом, очень не повезет.

Кто-то тяжело дышал, с хрипом втягивая вязкий воздух, другие изо всех вслушивались в творившийся снаружи ужас. Можно было даже расслышать чьи-то тихие всхлипывания.

Ордынцев повернул голову и встретился взглядом с чуть ранее подлеченной им женщины, с половиной лица.

«Кажется, ее звали Аями?»

Прямо сейчас она крепко держала за плечо одного из своих учеников. Проблема была в том, что двух других рядом не было.