Когда настал последний день отведенной мне на подвал недели, и я уже домывала последнюю комнату, то мне стало грустно и страшно за малыша. Что с ним будет? Кто позаботится? Неужели он так и останется в этом подвале? Просто себе я его взять не могла, Ника тоже. А он уже давал себя погладить. Вчера вечером мы долго с Никой его тискали. Жалко кроху.

Видимо мое грустное хлебало и заметила Орэя.

- Что-то случилось? – спросила она, когда я вошла в комнату, где сейчас ее лечила.

- Да там татами маленький в подвале живет, - поделилась я с ней. – Жалко его, совсем один.

- Их тут много бегает, - проворчала Пира, укладывая девочку на диван. – Одним больше, одним меньше.

- А какой он? – спросила Орэя.

- Черненький, - ответила я и встала на колени рядом с ней. – Ему наверно месяца три. Малыш совсем.

- А давай я его себе возьму? – предложила она с тем самым восторгом, с которым дети тащат домой беспризорных зверят.

- Вот еще! – возмутилась Пира. – Трассов нам еще не хватало.

- А кто это? – спросила я, начав лечение.

- Это мелкие паразиты, что живут в шерсти, - соизволила объяснить мамзель.

- Блохи значит, - подытожила я.

Оно и понятно, но я этих паразитов на нем вчера не заметила.

- Ну и что. Я все равно его себе заберу, - заупрямилась Орэя.

- Нет.

- А я у папы спрошу, - девочка хитро посмотрела на нее. – Как думаешь, что он скажет?

Даже я поняла, что Шиан разрешит.

- А у тебя что, нет ручных животных? – спросила я.

- Есть маленькая птичка, Сася, - ответила Орэя. – Она такая милая, красненькая с желтыми перьями на хвостике. Сася даже несколько слов знает и говорит со мной.

Сколько сейчас было гордости в маленькой девочке, когда она описывала своего попугайчика. Научила и довольная, а Пира должно быть уши себе заткнуть хочет от постоянного щебета птахи.

- Вот пусть только Сася у тебя и будет, - сказала гувернантка. – Хватит тебе.

- Нет, все. Я хочу того малыша. Черненький говоришь?

- Ага, - я еле сдержала смех от гневного взгляда мамзели.

- Назову Бура, - уже решила Орэя. – А мальчик или девочка?

- Ника сказала, что мальчик.

- Ну точно, - засмеялась девчушка. – Бур. Ему подойдет.

- На сегодня все, - я кое-как встала. – Как ты себя чувствуешь?

Просто позвонки уже все были на месте, выпрямив ее спинку.

- Сидеть больше не больно, - рассмеялась девочка. – И я начала чувствовать правый мизинец. Смотри. Пира помоги.

Мамзель сняла с нее туфельку и чулок, и Орэя сама пошевелила крохотным пальчиком. Какая радость.

- Очень хорошо, - я улыбнулась довольной мордашке девочки. – Уже скоро все будет как раньше.

Пира лишь проворчала что-то под нос, одевая девочку. А потом понесла ее вниз, в подвал, чтобы забрать маленького Бура. Ко мне в руки он сразу пошел, да и к девочке тоже, удобно устроившись на ее животике. Я напоследок погладила его мордочку и попрощалась с ними. Орэю то я завтра увижу, а вот Бура уже наверно никогда. Жалко, я уже успела привязаться к нему, но зато теперь о нем точно позаботятся. Будет жить как король. Хорошо.