Дан даже поперхнулся воздухом:
— Когда бы мы успели? Если кто и лез с такими предложениями, то их, наверняка, отсекали из-за нашей занятости.
— Хм… действительно. Интересно, а после тура мы сможем?
— Ты хочешь каждую неделю ездить на музыкальные шоу? — скептически уточнил Дан.
— Зря я, что ли, учился на телеведущего? — немного обиженно спросил Минсок.
— Ну, после тридцати ты можешь стать ведущим новостей, — подколол его Дан.
Минсок недовольно цокнул. Их разговор прервал сотрудник телеканала: передав в руки Минсоку огромный букет цветов, он попросил вручить его девочкам на сцене. Ну да, рейтинги слишком большими не бывают. Минсок перехватил букет поудобнее и пошел на сцену — поздравлять сестру перед камерами, хотя на деле обычно их поддержка сводилась к взаимным подколам.
Это был предпоследний их выходной — шоу проходило в субботу, в воскресенье они еще отдыхали, а с понедельника начались съемки.
В их решении снизить обороты собственного продвижения основным было то, что сначала нужно закончить начатое. Кроме тура это еще и подготовка китайского дебюта — клип снимали в октябре, до отъезда в Европу. Тогда же отсняли и рекламу для Sony, обложку для китайского журнала, Дан повторил съемки для некоторых рекламодателей, заключил контракт с Gentle Monster на капсульную коллекцию очков, группой обсудили предварительные контракты с модными домами.
Групповой контракт с Louis Vuitton заключали на год. По дополнительному соглашению они еще в течение пяти лет будут отдавать приоритет бренду для сценических нарядов, но в остальном они свободны для нового сотрудничества. Дан, разумеется, остается с Louis Vuitton, а на парней накинулись рекламодатели. У Джинхо уже был контракт с Dior, там его год ждали. У Минсока давние отношения с Kenzo. На самом деле, Минсок мог выбрать другой модный дом — ему бы простили такой поступок, потому что Kenzo вовсе не в топе самых успешных брендов, но Минсок предпочел остаться с теми, кто выбрал его до того, как он стал знаменит. Кроме того, недавно у них сменился креативный директор, так что, возможно, и ситуация в списке «самых желанных брендов» скоро изменится.
Представители Burberry чуть ли не мертвой хваткой вцепились в Инсона. Там, к слову, ситуация даже забавная. У этого бренда долгое время существовало правило: амбассадорами могут быть только жители Великобритании, что ограничивало выбор. Поэтому несколько лет назад модный дом начал сотрудничать и с гражданами других стран, но все равно продолжал делать ставку на то, что это — британский бренд. У Инсона есть гражданство Великобритании, он буквально самый британский айдол, которого, теоретически, можно было найти.