«Как, кстати, они пришли в прошлый раз в Черноземье. Когда захватили столицу Астрии и потом уже двинулись в нашу сторону. Чертовы союзные степняки, ведь постоянно хвастались своей богатой добычей остальным степным Беям! Однозначно разожгли в них жажду завоеваний и богатой добычи», — проносится у меня в голове.

— Почему ты предупреждаешь меня? — вот еще один из главных вопросов толмачу.

— Ведь ты — Друг Степи, — начинает толмач, но увидев мелькнувшую в окне голову Бея, торопливо шепчет. — Мой Бей надеется, что ты не забудешь про наше предупреждение. Не станешь убивать воинов под нашим бунчуком!

«Вот основная причина подобного добровольного предупреждения о грядущем вторжении! Союзный Бей все же приведет свое племя, но не станет лезть вперед. Вперед пропустят самых смелых и жадных, чтобы именно они попали под мой гнев», — правильно понимаю я данный поступок самого толмача.

Уверенный голос молодого Бея раздается уже внутри казармы, поговорить больше не получится. Поэтому я только коротко киваю толмачу и подхожу к следующему больному арестанту.

Вскоре я и мои люди помогаем погрузить больных и ослабевших полонников на присланные из Астора повозки, караван трогается к мосту, а мы едем следом за ним.

— Придется провести пару облав в городе, чтобы набрать побольше будущих арестантов на обмен! — говорю я своим людям.

Пока степняки завтра угонят всех оставшихся полонников к туннелю, чтобы тянуть дорогу дальше в горы.

— Молодцы, серьезно все-таки взялись за работу! — оцениваю я рвение новой охраной полуфолы.

«Придется везти с собой обменный фонд из города, чтобы менять их на месте. Значит, через осьмицу-две, смотря, как сработает судебная система Астора, мне придется добраться до туннеля. Чтобы там дальше начинать прокладывать дорогу в горах. Хотя бы примерно понять, сколько мы сможем пройти за шесть месяцев лета и один весенний месяц. Когда начнется новой вторжение степи», — размышляю я.

Потом отъезжаю на обочину и пропускаю своих людей мимо, чтобы поговорить наедине с собой, как уже давно привык.

— Вдруг получится ее всю прогнать через горы ударным трудом арестантов и своей великой силой из Палантиров? — вспоминаю я строительство узкоколейки и представляю себя тем же Павкой Корчагиным, который совершает каждый день новый подвиг.

— Чего мне никак не хотелось, но жизнь может заставить! Если будет в наличии готовая дорога через перевалы, через которую степным ордам можно обрушиться на Сатум, тогда они могут не напасть на Черноземье. Если же ее не будет, то война со всей степью неминуема, — понимаю я.