И первыми сделали ход они.

Один из парней развернулся и побежал. Просто побежал, оставив за спиной товарищей, посчитав, что ему здесь делать нечего. И я выпустил удар ему прямо в спину, вложив силу.

Вспышка пролетела метры, но была встречена парированием его товарищей, которые закрыли своего дружка дружным строем.

Я был хорош в ближнем бою, я был хорош в фехтовании, моя сила была в ближней дистанции, но их было слишком много, и они были выше уровнем. Честный бой был равносилен добровольному подъёму на плаху.

С моего меча сразу сорвались друг за другом Защитницы Снегов, которые врезались в толпу, что решила встретить меня дружным строем. Две техники они отбили, одну ударом, другую неизвестной мне техникой, но третья врезалась прямо в середину толпы.

Девушка, на которую пришёлся удар, взвизгнула, когда истерзали десятки ледяных мечей, и рухнула вся в крови, едва живая. Других задело клинками и холодом, заставив расступиться друг от друга, когда я бросил в них ещё четыре штуки, развернулся и бросился бежать.

Их терзало клинками, которые невозможно было отбить, их обмораживало ледяным ветром, и не осталось ни одного, кто был бы цел. Только начав бой, их уже потрепало.

Но они не собирались на свою беду меня отпускать просто так. Удары в другой ситуации так бы и посыпались, но когда бежишь на полной скорости, едва не обгоняя собственные ноги, размахивать мечом непросто. И тогда надо было выбирать — либо они меня преследуют и нагоняют без ударов, либо кидают удары в надежде попасть, но с такими же шансами упустить окончательно (если у них нет амулетов левитации, а у них их вроде нет).

Все эти дегенераты выбрали вариант преследовать меня.

Понятное дело, что они были сильнее меня, и в честном бою я бы ничего не смог им противопоставить, навались они все вместе, но и честным боем одного против восьмерых назвать было очень сложно.

Когда меня нагнал первый из них, я резко присел, проскользив по траве параллельно земли и пропустив в считаных сантиметрах надо собой клинок. Вскочил, подпрыгнул и с разворота отправил в тех, кто позади него Защитницу Снегов, чтобы задержать ублюдков. Ринулся на парня, уклонился и…

И буквально увидел, разглядел все его движения. Они были быстрыми, едва заметными, на пределе возможностей меня самого, но я… их видел, как в замедленной съёмке и одновременно в реальном времени. Это было чем-то новеньким для меня, но ка с ним сражаться становилось предельно ясно, предельно понятно.

И я действительно почувствовал меч. Как тогда, в первый раз, когда только взял его в руки после приобретения таланта. Не часть меня и не продолжение руки, но такой, будто я подключён к нему напрямую. Каждый изгиб и волнение стали ощущались мной так, будто ладонь стал очень чувствительной.