— Эм… мне…

— Неловко? — угадал он. — Там не ты один потерянный в горах будешь, что остановились у нас. Быть может, узнаешь от других гостей сего места что-нибудь о человеке, коего вы ищете.

Сомневаюсь, очень сомневаюсь, если честно.

Да и вообще, этот храм в горах мне казался очень странным. Какой-то дружелюбный, правильный, щедрый — в этом мире такое было явной аномалией, и он навевал не слишком приятные мысли.

Я старался не думать об этом, однако там, где сильный пожирает слабого и все тянутся к вершине, места для добрых и порядочных всегда очень мало — их обычно все стараются использовать. Оттого в них и верится с трудом.

А здесь и вовсе храм в конкретных ипенях.

С приходом нового дня жизнь здесь закипела, и храм выглядел чуть более жизнерадостно, чем ночью. Правда, погода была ужасной. Она словно говорила, что ничего страшного не случится, если ты сегодня повесишься.

На площади уже занимались монахи, человек двадцать, чем-то вроде зарядки самых разных возрастов: от подростков до уже умудрённых жизнью дядек. Насколько я мог судить, они отрабатывали что-то типа ударов палкой и стоек, делая это настолько синхронно, что даже бывалые танцоры им бы позавидовали. Дружный крик: они встали на одной ноге; ещё один крик: и они сделали выпад; крик: вновь замах.

Практически сразу я направился к Лунной Сове проверить, не изнасиловали ли её там часом. Но она была в порядке, насколько вообще можно быть в порядке в таком состоянии. Лежала и пялилась в потолок бессмысленным взглядом. На мой оклик она никак не отреагировала, а значит, опять ушла в себя, мечтая поскорее сдохнуть.

Ладно, потом поговорю с ней.

После неё я решил посетить столовую и поесть нормальной еды.

Как и говорил тот главный монах, здесь были не только жители этого чудесного храма. Я насчитал пять человек, что были одеты как обычные люди, в поношенную одежду.

Все они собрались в одном углу, общались, смеялись и не выглядели запуганными, но у меня почему-то не возникло никакого желания присоединяться к ним. Просто смотрю на них и чувствую, что там буду лишним, если вот так сразу подсяду.

Поэтому обед я провёл в одиночестве. Суп с мясом, крупа типа гречки с маслом и чай были самым вкусным, что я ел за последнее время. Но что меня сразу удивило, так это наличие продуктов, особенно зелени здесь, в глубине гор, где топать и топать, наверное, до ближайшей деревни. Мясо я ещё мог предположить, откуда берут — охотятся там или с пациентов, однако откуда у них, например, здесь картошка, вызывало вопросы. Скорее всего монахи как-то торгуют с караванами, что проходят здесь. Возможно, даже сдают им домики, в одном из которых я спал, за еду.