— Все, пока, — сказал я и еще раз щелкнул поШкатулке . — Заскочу на недельке.

Мне уже пора было выходить, если я не хотел опоздать на первый урок. Тем более, что перед этим я собирался не только позавтракать, но еще и успеть навестить Бродягу, о котором думал все эти дни. Больше всего мне хотелось увидеть, что Рябинина справилась, и с моим дубом все в порядке.

Накинув на голову капюшон школьного плаща, я хлюпал по лужам, а по мне лупили тяжелые дождевые капли. Давненько нас не заливал такой сильный ливень. Школьные дорожки напоминали реки, а газон вообще превратился в непролазное болото. Ноги то и дело разъезжались в разные стороны и утопали в грязи по щиколотку, но по-другому к озеру не попасть. Не было к нему дорожек.

Еще на подходе я понял, что Бродяга явно пошел на поправку. Начать хотя бы с того, что на прежнем месте его не было, и дуб перебрался поближе к беседке, из которой мы с Нарышкиным любили наблюдать за озером. Рядом с ним сидел и Борис, а под ногами конструкта уселась целая стая уток, которые громко что-то обсуждали.

Обрадовавшись, я ускорил шаг и вскоре уже был возле Бродяги. Мои ожидания оправдались, он был в полном порядке! Все-таки Рябинина молодец, знает свое дело. Сказала, что за два дня сможет вылечить его, и вот тебе пожалуйста.

— Баррум… Бам-бам! — обрадовался мне Борис. — Бродяга бада-бада-бум! Бамс!

От его громкого голоса утки с возмущенным кряканьем разлетелись в разные стороны. Оказалось, еще точно такая же по размерам стая отсиживалась и в беседке.

— Как же я рад тебя видеть! — говорил я дубу, пока он обнимал меня своими ветвями.

В какой-то момент мне даже показалось, что он стал еще выше и шире, после лечения. Или это просто в тот момент он настолько хреново выглядел, что создается впечатление будто он подрос?

Было и еще кое-что… Я гладил его руками по мокрой коре и вдруг явно ощутил теплоту, которой раньше не чувствовал. Легкое покалывание, как будто по моим ладоням били крохотные молнии. Это что-то новенькое.

Стоп… Погодите-ка… Может быть, своими заклинаниями Рябинина не только вылечила его, а случилось нечто большее?

— Дориан, как думаешь, могло так случиться, чтобы наш Бродяга стал живодревом? — спросил я у него.

— Вообще-то, я в таких заклинаниях не очень силен, — задумчиво ответил Мор. — Если чисто теоретически, то почему бы и нет? Мне кажется, не будет ничего страшного, если ты прямо спросишь об этом у преподавателя. Она мне показалась толковой девчонкой, не думаю, что она отправит тебя на отработку за это.

Да, именно так я и поступлю. Найду сегодня в течение дня Яну Владимировну и расспрошу ее. С этой мыслью я попрощался с Бродягой, а вот конструкт подхватил меня на руки и потопал к главному корпусу. Видимо как-то понял, что если я буду идти сам, то могу остаться без завтрака. Я сидел у него на плече и несмотря на ливень, который поливал нас с Борисом, улыбался во весь рот.