Оказавшись в доме, я первым делом осмотрелся на предмет каких-нибудь перемен. Вдруг и здесь на стенах появились мои портреты… Но к счастью, так далеко все не зашло. Внутри Тенедома все осталось без изменений.
— А где Лакри? — спросил я Хорнборна, который, по-моему, застрял в проходе между комнатами. — И чем здесь так воняет?
— Вроде бы из дома не выходила, — ответил гном. — Я в последнее время нечасто сюда захожу. Если еще больше расширить дверные проемы, то это уже будут ворота… К тому же, у меня теперь свой дом есть. Нормальных размеров.
— Сладенький мой, это ты там наверху? — донесся из подвала голос ведьмы. — Мне кажется, я слышала сигнал о твоем пришествии…
Ага… Сейчас мы и поговорим…
Оставив гнома наверху, я быстро спустился в лабораторию Лакримозы и увидел, что ведьма осторожно переливала из небольшой банки что-то коричневое в крохотный пузырек. Вонища в комнате стояла знатная. У меня даже слезы появились от невыносимой рези в глазах.
— Извини, мой милый, не могу тебя встретить лично… — сказала она, не прекращая заниматься своим делом. — Но если я не разолью сейчас все это по пузырькам, то можно считать, что последние полгода я просто бездельничала.
— Фу… Что это за дрянь ты сварила? — сказал я и зажал пальцами нос.
— Здесь много всякого-разного… Хмельников придумал… — ответила она. — Эта штука делает яды более стабильными. Если добавить такое в яд, то противоядие будет практически бессильным. Здорово, правда?
— Ага… Просто отвал башки… — согласился я гнусавым голосом. — Зачем это тебе?
— В хозяйстве все пригодится, сахарочек. Была бы у меня эта жидкость лет на сто раньше, то цены бы ей не было. Столько неприятностей можно было бы избежать… Я назову этоЭликсиром Раскаяния ! — торжественно сообщила Лакри. — Красиво, правда?
— Слушай, ты не против, если я тебя наверху подожду? — спросил я. — ТвойЭликсир Раскаяния воняет просто омерзительно.
— Ты прав, попахивает немного… — согласилась ведьма. — Нужно будет попросить Хмельникова, чтобы он добился чего-нибудь более нейтрального…
Тем временем я поднялся наверх и сел на стул, чтобы немного отдышаться. Несколько раз глубоко вдохнул, посмотрел на радостного гнома, который по-прежнему торчал в дверном проеме и вдруг заметил, что мешок со сладостями куда-то пропал…
— Хорнборн, ты случайно не видел куда делся мешок, который ты притащил?
— Бормот? — услышал я знакомый голос из-под стола.
— Ну вот, — хохотнул Дориан. — А ты говорил Бормотуну этого минут на двадцать хватит… За минуту управился. Причем вместе с мешком.
Глава 11
Это был, наверное, первый раз, когда я видел Бормотуна таким счастливым. Даже когда он слопал Ибрагима, он радовался меньше, чем сейчас. С довольным видом он развалился под столом и издавал звуки, отдаленно похожие на кошачье урчание. Только в его исполнении это было гораздо громче.