— Вот видишь, мой мальчик! — радостно воскликнул Дориан. — Умный человек лишний раз подтверждает тебе мои слова. Ты слишком много думаешь о других и беспокоишься о всех больше, чем следовало бы. Чертков тебе верно говорит — помрет, значит помрет.

— Он ведь не совсем так сказал… — ответил я Мору. — Наставник сказал, что я должен сделать все возможное…

— Не спорь, по сути, это одно и то же, — сказал мой друг.

— О чем ты задумался? — прервал наш разговор Александр Григорьевич.

— Тот странный голос… Почему я его слышал? — спросил я.

— Почему бы тебе этого не делать? — удивился наставник. — Это же тоже часть проклятья. Ты же слышишь, как проклятья визжат, рычат, скулят… Некоторые из них настолько сложны, что будут даже пытаться говорить с тобой, Максим. По сути, они ведь тоже сущности, созданные при помощи магии, и не хотят, чтобы их убивали. Собственно говоря, именно поэтому они и защищаются, пытаясь убить тебя. Никому не хочется умирать, Темников…

Основная суть была мне понятна. Все остальные вопросы были уже не такими глобальными. Мы еще немного поговорили о том, что можно делать после того, как происходит трансформация, а чего лучше не стоит.

В случае с Карачаровым я не ошибся и напрасно переживал о том, что ему нельзя воду илиЭликсиры Лечения . Как раз в этом никаких запретов нет. Другой вопрос, если бы он попросил у меня пузырек с чем-то не очень полезным, то это могло бы означать, что он просто еще не полностью пришел в себя и лучше этого не делать. Но это мне было понятно и без разъяснений наставника.

Честно говоря, мне было настолько интересно общаться с Александром Григорьевичем, что я бы еще с удовольствием поговорил с ним немного. Тем более, что у меня все время появлялись к нему новые вопросы. Но я видел по нему, что старик устал и ему нужен отдых. Слишком я его утомил своими бесконечными разговорами.

Поблагодарив за беседу и за прекрасный чай, я встал со стула, который к этому времени мне уже порядком надоел и казался не просто жестким, а натуральной бетонной плитой. Старик сказал мне спасибо за чудесный подарок и в тот момент, когда я еще раз глянул на посох, произошло то самое…

— Ты что завис, Темников? — с опаской спросил Чертков. — Или у тебя от разговора мозги перегрелись?

— Александр Григорьевич, смотрите… — я ткнул пальцем в сторону посоха. — По-моему, он открыл глаза!

— Ммм? — озадаченно спросил старик и взял в руки посох. — Ты уверен?

Едва он задал этот вопрос, как посох открыл один глаз, а затем другой и посмотрел на него.

— А-а, да… Вижу… — довольно хмыкнул наставник. — Слушай, Темников, это получается, что мы с ним подходим друг другу. Ты знаешь, что оживают они только в том случае, когда принимают хозяина?