Мы даже нашли утром время, чтобы заехать в кафе и позавтракать перед выездом из Белозерска. Самое интересное, что о Чистом Поле не было сказано ни слова. Нашлось, о чем поговорить и без этого. Видимо, нам до последнего не хотелось говорить о предстоящем непростом деле, поэтому умышленно не заводили разговор об этом.

Практически не вспоминали сторожевую башню и в дороге. Было о чем поболтать. Один Императорский Зимний бал чего стоил. Мне кажется, даже после того, как в «Китеже» начнется учеба, все первую неделю только и будут делать, что говорить о нем. Лишь ближе к вечеру, слово за словом, наш разговор повернул в русло рассуждений о Чистом Поле.

Нарышкин не стал игнорировать мое предупреждение и как следует изучил историю этого необычного места. Теперь мы все втроем знали о нем примерно одно и то же.

Вскоре выяснилось, что кроме информации и точка зрения насчет него у нас была более-менее общей, которая заключалось в одном — приедем на место и все выясним. Разбираться со всеми существующими теориями — дело неблагодарное. Все равно ведь на самом деле все окажется совсем не так, как мы предполагали.

Когда до Чистого Поля оставалось около двадцати километров, Лешка свернул по указателю с основного пути и нормальная дорога на этом закончилась. Не знаю, когда эту дорогу в последний раз очищали от снега, но сейчас ее порядком занесло.

Если бы не навигатор, который показывал нам путь, мы бы давно уже заблудились. Трудно ориентироваться на чистом снежном поле, когда дорогу совсем не видно. Хорошо, что у Нарышкина внедорожник был как трактор. Иногда он выбирался из таких мест, что было даже удивительно, как он вообще продолжает дальше ехать. Настоящий вездеход!

Я увидел башню, когда до нее оставалось примерно пять километров. Во всяком случае, именно так показывал навигатор. К этому времени уже стемнело, поэтому единственным сигналом, который давало нам Чистое Поле, был огонек, мерцающий на вершине башни.

— Хорошо, что хоть один слух в отношении нее оказался верным, — сказал я, глядя как огонек мигает через равные промежутки времени.

— Это какой? — с любопытством спросила Лазарева.

— Об огоньке, который время от времени на ней загорается, — ответил я и указал рукой в сторону мерцающего источника света.

— Макс, ты что, какой-то эликсирчик втихую выпил? — хохотнул княжич. — Нет там никакого огонька! Идем по приборам и с добрым словом в спину!

— И я не вижу, — призналась Полина, которая усиленно вглядывалась в ту сторону, куда я показал. — По-моему, тебе показалось.

Показалось? Хрена с два! Вон же мигает огонь, как его можно не видеть? Или его вижу только я?