Именно поэтому я закрыл книгу и погладил кожаный переплет, который успел стать теплым за то время, что я держал ее в руках. Затем бережно уложил обратно в коробку и закрыл ее. Надеюсь, не слишком рано позвонить Черткову и поблагодарить его за подарок.

— Даже если и рано, уверен, что сегодня он тебе ничего не скажет, — подзадорил меня Мор.

Я набрал номер наставника и вскоре пошли гудки вызова. Старик ответил практически на самом последнем.

— Слушаю… — сонным голосом прохрипел он.

— Спасибо за подарок, Александр Григорьевич! — воскликнул я, обрадовавшись тому, что он все-таки решил ответить на звонок. — Для меня это будет очень полезная штука! Ваш родовой сборник рецептов! Круто же!

— Угу, я тоже так думаю, — ответил он и зевнул. — С Днем рождения тебя. Надеюсь, ты его не скуришь вместе со своим другом-оболтусом Нарышкиным.

— В каком смысле? — растерялся я. — Так я же вроде бы не курю…

— Это я так, к слову, — сонным голосом пробормотал он. — Кстати, который сейчас час? Половина восьмого утра? Темников, какого черта ты мне звонишь в такую рань? Все нормальные люди еще спят!

— Мне сегодня не спится, — улыбнулся я. — Можно еще один вопрос?

— Давай, только быстро. Мы вчера с Окуловым одно зелье тестировали… Голова трещит… — пожаловался он. — Совсем не жалеешь старика. Думаешь если тебе не спится, то вся Империя должна просыпаться. Ну, что там у тебя?

— Скажите, а коробка, в которой хранится сборник, это важная семейная ценность, или я могу ее сменить? — спросил я. — Она рассыпется вот-вот.

— Важно не как она выглядит, а что у нее внутри, — проворчал наставник. — Меняй, если хочешь. Я давно уже собирался, да все руки не доходили.

— Ага, хорошо, — радостно ответил я, уже размышляя над тем, что будет практичнее: коробка или чехол? — Еще раз спасибо вам, Александр Григорьевич. Я этот сборник обязательно изучу!

— Ясное дело, куда ты денешься… Еще и экзамен мне по нему сдавать будешь… — пригрозил он и вновь зевнул. — Ладно, хорошего дня тебе, Темников. Пятнадцать лет — славный возраст, отметь этот праздник как следует.

Я начал говорить, что именно так и будет, но Чертков меня не дослушал. Видимо они так вымотались вчера с колдуном, пока над зельем работали, что старик совсем выбился из сил. Но я не обижался, в его возрасте это нормально.

— Ты чего ржешь? — спросил я у Дориана, которому вдруг стало весело.

— Да так, ничего, — ответил он. — Ты ему скажи при случае, чтобы он со сложными зельями был поосторожнее. Видишь, ему впрок не идет.

Честно говоря, я не совсем понял, что имел в виду Мор, но пообещал, что обязательно скажу об этом Черткову. Как приятно, когда твой друг беспокоится о здоровье моего наставника.