Да уж… Я тоже считал, что если вопрос ставить так, то лучше было бы обсудить это дело без Емельяна. Уверен, ему будет не очень приятно в ее присутствии услышать мой отказ. Да и вообще… А если я сейчас скажу, что больше не планировал с ней куда-то идти?

— С другой стороны, она очень честно сейчас поступает… — задумчиво проговорил Мор. — При вас двоих ставит сложный вопрос. Да еще явно дает понять тебе, что решать этот вопрос предстоит тебе…

— Если ты думаешь, что я могу только оживлять конструктов в «Китеже», то нет, — сказал Гордеев, который, видимо, решил, что я задумался над ответом. — Еще я неплохо фехтую и разбираюсь с ловушками.

— Лазарева с ними тоже неплохо справляется, — сказал я. — Решать проблемы с ловушками и замками у нее получается лучше всего.

— Макс, у Емельяна довольно неплохо обстоит дело с рунологией, а еще он может определять свойства артефактов лучше меня, — бросила пару монет в его копилку Полина.

В этот момент я почувствовал под рубашкой жар в груди. ЭтоКрасночереп ненавязчиво напомнил мне о том, что у меня уже есть вещь, которая запросто справляется с определением свойств артефактов. Уверен, что у моего артефакта-вампира это получается намного лучше, чем у Гордеева.

— Погоди-ка… — сказал я и посмотрел на Лазареву. — И ты хочешь, чтобы я помогал вам при случае, правильно я понимаю?

— Только если ты сам этого захочешь, и если тебе это будет интересно. Взамен я ничего просить не буду, — ответила она. — Участие Емельяна в наших с тобой делах не означает, что ты должен как-то ответить на это взаимностью. Он не оказывает этим никакой услуги.

— Тогда зачем ему это нужно? — спросил я и посмотрел на Гордеева. — Неужели из профессионального интереса?

Емельян вздохнул, а затем улыбнулся:

— Максим… Просто я ее люблю и хочу в такие моменты быть с ней рядом, понимаешь? Артефакты — это всегда опасно… Если с ней что-то случится, потому что меня не было рядом, я себе этого не прощу… — он помолчал немного, а затем добавил. — Я не буду обузой, не беспокойся.

Некоторое время в комнате была тишина. Покрасневшая Лазарева вновь делала вид, что ковыряет кусок бедного карпа, которого она толком и не ела. Гордеев пил воду, а я думал над услышанным.

Дориан правильно говорит, всегда что-то происходит впервые. Как сейчас вот этот разговор. За сегодняшний вечер он уже дважды свернул совсем не в те повороты, которых я от него ждал, и могу сказать, что мне это нравилось.

Я чувствовал, что после нашего знакомства разговор сведется к чему-то такому… В какой-то момент обязательно пойдет речь о совместной работе и каких-то договоренностях. Вот только я совсем не рассчитывал, что предметом торга будут не доли прибыли, а нечто совсем другое…