— Готово, хозяин, — услышал я в этот момент голос Люфика, который моментально отвлек меня от моих мыслей. — Я же тебе говорил, что будет недолго. Вот держи, истории про твоего Грача-невидимку и Сарацина…
Стоп… Как он сказал, Сарацина? Это же тот легендарный Убийца Чудовищ, про которого Ибрагим говорил? Матвей Кошкин, кажется… Он здесь каким боком, интересно знать?
Глава 18
Шлеп… Шлеп… Шлеп… Шлеп…
После доклада демоненка о том, что все готово, из егоШкатулки на траву сначала упали все материалы, которые я давал Люфику для работы, а следом тонкая тетрадь в темно-коричневом переплете. Судя по тому, что я ему этой тетради не давал, это был результат трудов Люфицера.
По правде говоря, выглядело как-то не очень солидно. Хотя… Может быть, это как раз тот случай, когда дело не в количестве, а в качестве. Так-то дневник Грача-невидимки тоже был не особо объемным и ненамного больше по толщине.
Выбравшись из озера и быстро одевшись, я с нетерпением схватил тетрадь и раскрыл ее. Почерк у демоненка был довольно мелкий, но красивый и легко читаемый при должном освещении. Написано было чернилами, однако при этом ни единой помарки, как будто он все это не писал, а гравировал.
— Я правильно услышал, ты сказал Сарацин? — уточнил я, листая страницы и пытаясь что-то увидеть при помощи своего ночного зрения, что в условиях Берлоги было сделать непросто.
— Так и есть, — подтвердил Люфик. — Сам почитаешь, что там к чему. Это ведь уже сделанная для меня работа, а я терпеть не могу говорить об одном и том же.
У меня было очень большое желание задать демоненку еще несколько вопросов, но я смог перебороть себя. Зная вредность характера этого типа, особой пользы мне дальнейшие расспросы не принесут, а у меня к нему еще важное дело.
— Тонкая тетрадь получилась, — сказал я и с неохотой закрыл ее. — Может быть, стоило подольше повозиться? Если что, я могу и подождать.
Больше всего мне сейчас хотелось взяться за чтение, но я смог справиться с собой. Почитаю, как только вернусь в свою комнату, времени у меня в запасе еще целая ночь.
— На тебя не угодишь, орел сутулый, — пробурчал демоненок. — Медленно — плохо, быстро — тоже ничего хорошего. Вообще-то, я как лучше хотел, и, между прочим, материал из личных запасов на тебя перевел.
— Так я ничего такого и не сказал… Просто, говорю, что тонкая тетрадь получилась…
— Какая должна была, такая и получилась, — с обидой в голосе пропищал Люфик. — Все что можно было перенести на понятный тебе язык, я сделал. Так-то вообще демоническое письмо в принципе сложная штука, Робин-Бобин Барабек… На нашем языке три листа будет, а на вашем и полновесного абзаца не наберется.