К тому моменту, когда он решил окончить тренировку, до ужина оставалась еще пара часов. Однако и этого нам вполне хватило, чтобы дружно облегченно вздохнуть, услышав спасительное: «Хватит на сегодня. Все свободны». Видимо сказывалась повышенная нагрузка в последнее время.

Услышав, что я планирую остаться в общаге и завтра утром улетаю в Москву с Шелеховой, Лешка решил не дожидаться ужина и вместе с Горчаковой укатил в Белозерск. Перед отъездом Нарышкин мне сказал, что нет ничего страшного в том, что он по-дружески подбросит девушку до дома. Вот только мне почему-то казалось, что это лишний повод еще сильнее разозлить отца. Впрочем, это не моего ума дело. Княжич взрослый парень, так что сам как-нибудь разберется.

Что касается меня, то я вечером позвонил Ершову, с просьбой подготовить вертолет в утренний вылет, а затем деду, с которым поделился планами на выходные. Правда без деталей о том, что буду делать в Москве. Пока еще я не делился с ним своими планами насчет приобретения магических зверей для «Берестянки» и не собирался этого делать до тех пор, пока они там не появятся. Зачем бежать впереди паровоза?

Остаток вечера я провел за изучением той самой инструкции по обращению с тихим смотрящим, которой снабдила меня вечером Шелехова. Удобно устроился в кресле, открыл себе окошко пошире, чтобы было побольше свежего воздуха и занялся чтением.

Вообще-то, конечно, я мог бы и в вертолете все это почитать, но Мария почему-то настаивала, чтобы я сделал это именно сегодня. Насколько я понял, это для того, чтобы к моменту встречи с Зарницей я усвоил как можно больше информации об этом существе и максимально увеличил шансы нашего удачного знакомства.

С самого начала было понятно, что отец Маши граф Федор Владимирович Шелехов составлял для меня, так как обращался ко мне по имени и отчеству. Хотя иногда и просто проскакивало «молодой человек». Что же касается самого текста, то интересного было много.

Для начала граф предупреждал меня о том, что тихий смотрящий — это не просто умная охранная сигнализация, а существо с собственным мнением, настроением и своеобразным чувством юмора. Причем оно считает себя не слугой, а равным человеку, заключая с ним своеобразный договор сотрудничества, который может разорвать по собственной инициативе.

Шелехова говорила мне о чем-то подобном, правда описывала все это в гораздо более светлых тонах. Ее отец был настроен серьезнее. Впрочем, это не особо принципиально, будем считать, что к этому я был готов.

Еще граф писал о том, что на тихих смотрящих нельзя кричать, желательно не оставлять надолго в одиночестве и при встречах не просто гладить, а разговаривать и ко всему прочему обязательно проверять их уши. Оказывается, у этих зверей уши — самое чувствительное и проблемное место. Иногда в них скапливается магическая пыль, которую следует обязательно удалять.