Что касается гостей, примерно на треть это люди в погонах. И не просто офицеры из неодаренных. Большинство носят на рукаве шевроны, свидетельствующие о том, что они являются адептами того или иного магического аспекта. Больше всего наблюдается адептов стихийных практик, иными словами, магов способных либо уничтожать врага посредством активации какой-нибудь из природных явлений, либо защищаться с его помощью. Впрочем, помимо боевиков здесь присутствуют и маги-целители, и вовсе, непонятно кто без шевронной идентификации, при этом с ярко выраженными аурами, характерными для продвинутых чародеев.

Как уже упоминалось, армейских было примерно треть зала. Многие в изрядном подпитии. Вели себя раскованно, даже нагло, будто завоеватели в оккупированном городе. Пока я шел по залу к свободному столику, у одного из военных случился конфликт с местным магом. Словесная перепалка довольно быстро готова была перерасти во взаимное рукоприкладство, а там и до массовой драки рукой подать, как это частенько бывает в «Медведе». Однако, появление троицы крепких парней, с повязками комендантского взвода на рукавах к тому же сильных одаренных чародеев, тут же погасило разгоравшиеся страсти.

Нарушение общественного порядка, когда в городе объявлено особое положение, может обернуться для виновных самыми непредсказуемыми и крайне неприятными последствиями. Бузотеры это быстро осознали. Мужчины тут же обнялись и, выпив на брудершафт, расцеловались на глазах патруля. Таким образом, инцидент был исчерпан.

Едва я сел за столик, ко мне подошла знакомая официантка по имени Ольга. Девушка лет двадцати характером довольно компанейская. Несколько раз именно эта стройная симпатичная брюнетка с выразительными глазами редкого фиолетового цвета обслуживала меня, когда я еще был в этом заведении еще довольно частым гостем. Мы с ней даже на «ты».

— Привет, Дима! — радостно заулыбалась Оля, — что-то давненько тебя тут не было видно! Сегодня тоже решил как эти — она обвела взглядом веселящуюся толпу, — грусть-печаль развеять?

— И тебе не хворать, Оленька! — я одарил официантку самой обаятельной из богатого арсенала своих улыбок. — Ну да, что-то типа того. Скучно одному в четырех стенах, вот и пришел на людей посмотреть, себя показать.

— Ага, скучно ему, видите ли! — девушка осуждающе посмотрела на меня. — Что, Танька Шемякина уже успела надоесть? В таком случае, меня, позвал бы в гости. Я б тебя и накормила, и напоила и коечку согрела, ну и всё прочее…

Вот же махровая пейзанщина! Не город, а деревня. Всем и обо всех тут всё известно. Более того, народ склонен домысливать факты самым кардинальным образом, то есть, в одном конце пукнешь, а на другом уже кричат: «Обосрался!». Возмутительно. Впрочем, выражать своё недовольство не стал. Мило улыбнувшись кокетке, сказал: