По закону, всё, что добывается в пустошах и разломах во время черных приливов уходит в казну Великого Князя. Однако Егор Александрович был человеком неглупым и помимо нехилого оклада, значительно превышавшего обычный генеральский, а также колоссальных премиальных, он имел свой финансовый интерес от освоения богатств черных приливов. Об этом Великому Князю и его окружению было, разумеется, известно, поскольку государственная служба безопасности работает безукоризненно. Однако никаких карательных действий в отношении, по сути, вороватого госчиновника не предпринимается.
Дело в том, что этот человек обладает феноменальной адаптивной способностью к энергии черных приливов. Егор Александрович мог отправиться в аномальную зону без подготовки и без какого-либо вреда для своего здоровья, и пробыть там неограниченно долгий срок. То есть, по своей сути он был в этом плане уникумом.
А насчет казнокрадства, так дело житейское, ибо всякий уважающий себя чиновник, дорвавшись до денег, не упускает возможности набить ими свой карман. Тут главное, чтобы от жадности крыша не поехала, то есть брать, как бы, не запрещено, но делать это следует, что называется, по чину.
Граф Кондратьев в этом плане был предельно осторожен, и на каждый десяток составов с добываемым в зоне черного прилива добром прибирал к своим рукам всего лишь один вагон.
На том и богатели, и до сих пор богатеют Кондратьевы. Недаром с некоторых пор этот род считается одним из самых богатых и влиятельных в Великом Княжестве. По этой причине каждые сутки промедления с началом освоения богатств разломов, сосредоточенных на данный момент в огромном количестве в районе ранее мало кому известного провинциального городка, чувствительный удар по карману не только Великого Князя Ивана Юрьевича Демидова, но и самого Егора Александровича. Именно в этом на данный момент заключается причина не самого веселого настроения генерал-майора.
От грустных размышлений о бездарно утекающем времени генерала отвлек звук распахивающейся входной двери. На пороге стоял начальник аналитического отдела подполковник Раменский Николай Афанасьевич.
— Ваше сиятельство, разрешите⁈
— Проходи, Коленька, всегда рад тебя видеть. Что у тебя на этот раз? Присаживайся вон на тот стул. Потешь старика хорошими новостями.
— Ну, какой же вы старик, Егор Александрович? — устроившись на мягком стуле, офицер позволил себе отпустить незлую шутку в адрес своего непосредственного начальника: — В ваши-то пятьдесят пять, Егор Александрович, говорить о старости просто неприлично. Вот в мои сорок три…