Кира не стала спрашивать, сколько ещё времени уйдёт на реконсервацию. По её данным, тоже несколько часов, смотря как консервировали. Если при низкой температуре, то вообще сутки, чтобы электронику не повредить.

Ей нельзя столько ждать. Она просто не выживет. После небольшой передышки боль и слабость вернулись обратно.

Кира закрыла глаза.

— До базы полтора километра. Ты можешь указать мне дорогу?

— Неверно. До базы полтора километра по прямой. Маршрут для прохождения человеком составит два километра триста сорок восемь метров.

— Так.

Кира опустила голову. Больше двух километров. В её состоянии это невозможно. Она и по прямой бы не доползла, а стоит вспомнить, какая дорога была сюда…

И всё же выход имелся.

— Крест может сделать укол стимулятора?

Опять щёлкает. Вот зануда.

— Может. В твоём состоянии максимально допустимая доза стимулятора по прогнозу позволит тебе держаться на ногах тридцать две минуты. Расчётное время прибытия на базу — сорок четыре минуты.

Перец замолчал, будто давал Кире время обдумать то, что она услышала. Не так, конечно, но человек всегда будет приписывать человеческие реакции всему, что его окружает.

А чего тут думать? Глупая жестянка. У Киры не было выхода.

Прогнозы — такие прогнозы… Она будет идти быстрей, чем посчитал бестолковый А-крест — что он вообще может знать? — и дойдёт!

Кира закрыла глаза, будто это могло помочь изгнать из головы страхи. Никиты не было. Кира не знала, как давно. Когда он ушёл? Куда? Почему?

Если она попадёт на базу, то не только спасёт себе жизнь. Там должно быть оборудование, которое позволит его найти. Или так или сидеть на месте и шептать, потому что даже на крик нет сил. Значит, нужно на базу. Нужно добраться.

— Скажи своему дружбану закадычному, пусть колет стимулятор. — Просипела Кира.

Крест тут же активизировался, поднялся и некоторое время висел на месте. Потом подлетел и прижал один из манипуляторов к предплечью Киры. Холодный укол — и снова по венам стремительно несётся прохлада. Она даже дыхание задержала, прислушиваясь к собственным ощущениям. И чувствовала себя как воздушный шарик, который расправляется и летит к небу. Лёгкость, эйфория, ожидание прекрасного.

— Обезболивающее. — Попросила Кира чуть позже.

— Доступная доза уже введена.

— Может, местное? На ладони?

Перец щёлкает, этот звук уже приятно слышать.

— Это возможно.

Кира выставила ладони подлетевшему Кресту. Тот опрыскал их словно из пульверизатора. Через несколько секунд их поверхность онемела.

— Не рекомендуется нагружать или тереть повреждённую поверхность. — Сообщил Перец.