Курсанты бойко выволокли всех наверх и притащили в лагерь. Гавриша уложили в тень, вокруг тут же собралась толпа. Проверили пульс и дыхание — всё в порядке. Решили, что нужно ждать, как в случае с Генри.

Только тогда все расслабились.

— Ума не приложу, как вы его нашли. — Медленно проговорил Лука, поочерёдно награждая хмурыми и задумчивыми взглядами Ахлейна и Жанну.

Теперь, когда всё уже закончилось, и закончилось хорошо, этим самым вопросом задались и остальные. Видимо, пока они отсутствовали, Лука рассказал про «интуицию», которая вдруг проснулась у Жанны. И этот рассказ мало кого убедил. Похоже.

— Слышь, люди, как же там жутко внизу. — Заговорил Вадим. И принялся рассказывать про тоннели и кладбище.

Курсанты ненадолго отвлеклись. Каждого интересовало, нет ли там, под землёй, чудовищ. Неужели они никого не встретили? Ну хоть какого-нибудь зубастого задохлика?

Вначале всё было тихо-мирно и радостно.

А потом случилось то, что должно было.

Весь лагерь принялся коситься на Жанну. Сторониться её. Вначале еле заметно, после уже в открытую. Даже Генри временами окидывал таким взглядом, будто ожидал увидеть на её месте то ли монстра, то ли святую.

Гавриш очнулся, когда темнело. Он был не в себе. Стал что-то мычать, дёргаться, вертеться, порывался вставать и куда-то ползти.

Врачи накачали его релаксантами и снотворным. Надеялись, до утра проспится и может, тогда отойдёт.

Потом как обычно поужинали. Планов куда двигать дальше, не строили — Лука объявил привал, пока с Гавришем не разберутся.

Всё вроде как обычно. Половина курсантов понемногу укладывалась, половина сидела у костра, занимаясь своими делами. Дежурные бродили, выискивая самые удобные места, чтобы глаз с остальных не спускать. После того, как упустили Гавриша, дежурных драли и в хвост, и в гриву, приходилось быть начеку.

В остальном всё как всегда. Только одно но.

Все косились на Жанну.

Ахлейн всё это время сидел один. Его непризнанная «команда» как обычно держалась в стороне от прочих команд, но сегодня он даже не пытался затесаться в их число. А Жанна, которая укладывалась спать рядом со своей командой, чувствовала себя словно на пороховой бочке. Когда она случайно неловко повернулась и прикоснулась рукой к Хвату, тот неестественно замер. Всего на секунду, но даже такая короткая заминка бросалась в глаза. Будто её прикосновение смертельно.

И они все перестали разговаривать. С друг другом перебрасывались какими-то малозначительными фразами, ей же не сказали ни слова.

Видимо, от усталости Жанну пробило на слёзы. Тогда она рывком дёрнула из общих вещей свой спальный мешок и в обнимку с ним ушла за костёр, к Ахлейну. Спряталась ему за спину, села так, чтобы никого не видеть. К счастью, он устроился у самой границы лагеря, возле стены джунглей. Там Жанна и села. Тут, под его молчаливой защитой, было куда спокойней.