— Зато я хорошо помню и знаю своих родных, и я уверен, что моя мать не могла этого сделать, — уверенно ответил я.

— А вот я совсем другого мнения! — повысил голос Некрасов. — Не может это быть совпадением…

Его выкрики прервал звук звонка. И если ему на третьем курсе всё равно на опоздание, то вот для меня это было важно, так что задерживаться я не собирался.

Из разговора понятно, что конфликт на месте мы не уладим, и Некрасов не успокоится, пока не узнает правду. Раз раньше у него этого не получалось, то теперь, когда мы учимся в одной академии, он не отстанет. А вот что с этим делать, я придумаю чуть позже.

— Я на занятия, — спокойно сказал я сводному братцу. — Если захочешь продолжить разговор, ищи меня в свободное от учёбы время.

Арсений явно хотел возразить, но я уже направился к учебному корпусу.

— Ну, Чернышов, я докопаюсь до правды, и тогда твоей семейке не поздоровится, — огрызнулся он напоследок и поспешил на свои занятия.

Хотел бы и я докопаться до правды. Но это не так-то просто. Я видел заключения о смерти двух отчимов и отца. Экспертиза установила, что они умерли естественной смертью. Как я прочитал в интернете, здесь это определяют довольно точно с помощью специальных артефактов.

Иронично, что магия в этом мире по большей части была развита гораздо хуже, чем в моём прошлом мире, но это не касалось артефакторики и частично алхимии. В этих двух направлениях местные маги превзошли нас.

С небольшим опозданием я успел к первому уроку. Повезло, что сегодня в начале дня стоял не новый предмет, а теория рун, и я отделался только недовольным взглядом Всполоха.

Первые два урока прошли обыденно: на лекции пришлось, как всегда, очень много писать, а на физкультуре — бегать. Из изменений был только присутствующий княжич, который после пробежки решил присоединиться к нашей компании и в столовой, за что на него недобрым взглядом поглядывали его клановые, сидящие за соседним столом.

Компания у нас собралась разнообразная: четверо огневиков, включая меня — Белозубов, Братский и Борисов; воздушницы Вика и Лиза.

— А чего Некрасов так на тебя смотрит? — вдруг спросил Белозубов, когда заметил злой взгляд моего несостоявшегося родственника.

— Обвиняет мою мать в смерти своего отца, — честно ответил я, не углубляясь в детали.

— Понял, вопросов нет, — кивнул сосед, здраво решив, что эта тема, в которую лучше не лезть. — Только это, может, помощь нужна? Могу попробовать надавить влиянием, чтобы он к тебе не лез.

Видимо, таким образом, княжич хочет выразить благодарность за своё спасение. У меня были поводы сомневаться в его искренности, да и не хотел я приплетать посторонних в дела своей семьи.