— Если то, что я сейчас говорю тебе, неправда, то чиновники, которым мы будем давать взятки за освобождение твоих родителей, и как ты считаешь, являющиеся честными людьми, откажутся их взять. И просто поступят по справедливости.

Я бы и сам не придумал, что можно возразить на такой аргумент. И Адельхейд не нашла, что сказать.

К дому советника мы подошли буквально через несколько минут после окончания моей лекции о природе власти, встретившись уже в приемной. Глаза Адельхейд расширились, когда данные мной тихонечко привратнику десять золотых обеспечили мне первое место среди ожидавших аудиенции высокого чиновника. Ничего, пусть учится, ей полезно.

Приняли нас через пять минут, привратник честно отработал свою мзду. Роскошный кабинет произвел впечатление не только на Адельхейд, но и на меня. Одно дело слушать рассказы бати о роскоши, окружающей слуг народа, а другое — увидеть самому. Советник Министра обороны, Геззура 130 уровня, несомненно, когда-то тоже был военным, о чем свидетельствовала выправка. Но сейчас его раздобревшие телеса были укутаны в нежнейшие шелка и парчу, единственная уступка военной специализации министерства заключалась в строгих цветах одежд в стиле милитари. Дав возможность Адельхейд путано, но последовательно изложить свою историю, что, ожидаемо, не вызвало никакой реакции со стороны советника, я решил сам вступить в дело.

— Я подтверждаю, что все сказанное здесь госпожой Адельхейд абсолютная правда, и готов предложить дополнительные аргументы. Не изволит ли взглянуть на них?

Я спокойно достал и положил на стол советника два кошеля с 1000 золотых. Через секунду они исчезли. Я покосился на Адельхейд, надеясь, что моя простушка не скорчит сейчас дико удивленную мордашку. Не скорчила, моя девушка стремительно училась, решив перестать быть простушкой.

— У меня также есть множество сильных аргументов, которыми я хотел бы поделиться и с высокоуважаемым министром обороны, — продолжил я, — есть ли возможность встретиться с ним сегодня?

— Несомненно, я просто уверен, что он будет рад с Вами увидеться! — с энтузиазмом ответил глубокоуважаемый Геззура. Я понимал его радость, не каждый день можно выслужиться, приведя хозяину типчика, который осыплет того золотом. Таких слуг ценят и хорошо вознаграждают.

— В какой таверне Вы остановились? — продолжал стелиться передо мной советник, — в течение часа туда подойдет мой человек по поводу времени приема.

— В «Золотом дворе», в нескольких минутах отсюда.

В таверну мы вернулись, как обычно, порознь, я набрал артефактов на четыре тысячи, которых было не очень жалко, и отнес их сам в оружейную лавку, оставив Адельхейд в зале таверны ждать посыльного. После этого, вернувшись в номер, набрал кошелей с золотом на тридцать пять тысяч. Теперь нужно будет предельно осторожно добираться с этими деньгами до дома министра обороны, если меня убьют, я потеряю не только жизнь, но и огромную сумму денег без всякого толку.