— Они начнут штурм прямо на рассвете. — Ракан медленно пробирался по крепостной стене, обходя наваленные колчаны со стрелами, рогатины и кучи булыжников. Вслед за ним шагал капитан, отвечающий за ночной караул. — Они должны быть голодны, они устали от длинного перехода, и их командирам не терпится размять кости. Так что прямо на рассвете.

— Рассвет наступит не более чем через час, — заметил идущий за генералом капитан.

— Да, капитан, рассвет скоро. — Ракан повернул лицо в сторону спрятавшегося за стенами и зданиями моря. — Прекрасное зрелище — рассвет на море. Восходящее солнце подсвечивает волны, и от этого вода приобретает неестественные краски. Неестественно красивые — розовые, красные, бордовые. Знаете, капитан, когда мне представилась возможность, я специально попросился служить в Клевер. Специально, чтобы иметь возможность видеть эти рассветы. С тех пор я не пропускаю почти ни одного ясного утра.

— А это утро будет ясным, — встрял в монолог генерала его подчиненный.

Генерал замолчал, как будто устыдившись своего откровения, и дальнейший путь они продолжали в полном молчании.

За стенами крепости, совсем недалеко от них, горели сотни костров, обозначая позиции армии, осадившей крепость. Генерал заговорил вновь лишь через полчаса, посмотрев на быстро светлеющий горизонт:

— Решетки проверили?

— Да, мой генерал, — тут же откликнулся капитан, — решетки опущены, по реке не проберется никто.

— Все же поставьте взвод у реки, мало ли что они придумают. Первый день будет самым тяжелым. Если мы продержимся сегодня, то дальше будет полегче. Судя по кострам, их не так уж и много — могло бы быть и хуже.

Здесь, на юге, у самого моря, рассветало быстро. Еще полчаса назад была кромешная тьма, сейчас же генерал, поднявшийся на вершину цитадели, легко мог рассмотреть выстраивающиеся вдали, за пределами досягаемости стрел, шеренги вражеского войска.

— Лестницы, веревки, багры… — перечислял стоявший рядом сержант Арук, — все, что они могли смастерить за столь короткое время. Если бы у нас был хоть небольшой ров, с этим они даже не подошли бы к стенам.

— Какой ров в скалах⁈ — ответил генерал. — Зато мы можем не опасаться подкопов. Отправляйтесь к восточной стене, сержант. Она опускается ниже всего, и там нам следует ожидать самого тяжелого удара. Отправляйтесь и не дайте ни одному из них к вам подняться.

Арук кивнул и бегом кинулся выполнять приказ.

— Семь тысяч, мой генерал, — доложил капитан, только что беззвучно шевеливший губами при подсчете шеренг противника. Из них около тысячи ренегатов, их сразу видно — слишком разношерстно одеты и вооружены. Думаю, они пустят их первыми.