— Это неважно. Семь тысяч осаждающих — это немного больше, чем мне бы хотелось. Но меньше, чем могло бы быть. Что говорит А’Натрэт?

— Маг молчит, мой генерал, — приблизился посыльный. — Он выдворил меня, сказав, чтобы не мешали ему заниматься делом. Сказал только, что о вражеских магах будет беспокоиться он сам. И наши вопросы ничем ему не помогут. Еще сказал, что справиться с магами хутов ему будет даже легче, чем выплавить еще сотню лотонов.

— Наоборот, наш маг необычайно болтлив сегодня, — пробормотал под нос капитан, только что закончивший подсчет. — И я никогда не думал, что создать хоть один лотон очень легко…

Ракан улыбнулся одними губами, но в тот же момент его лицо превратилось в каменную маску. Генерал крепко сжал зубы и прищурил глаза. За стенами крепости послышались звуки вражеских рожков, которые могли означать только одно — штурм начался.

Капитан оказался прав. Первыми атакующие вытолкнули к стене ренегатов. Около тысячи мародеров и разбойников, собранных у побережья еще прошлым летом, побежали к восточной части стены.

Генерал внимательно оглядывал окружающую их армию. Защита стен сейчас была не его заботой — на стене находилось достаточно опытных командиров, которые могли справиться с командованием и без его участия.

— Они бросят все, что имеют, на восточную часть крепости, — уверенно заявил он наконец. — Все остальные построились только для отвода глаз. Пошлите туда весь резерв, всех, кого соберете. Нам нельзя дать им шанс закрепиться наверху.

— Но, мой генерал, резерв нам может еще понадобиться, — возразил капитан.

— Если мы не выдержим первый удар, то резерв нам уже не поможет. Посылайте. Несколько сотен лишних мечей на стене могут в корне изменить ситуацию, особенно сейчас. Эта осада не будет затяжной. У них слишком мало припасов и неоткуда их взять, чтобы затягивать штурм. Либо они возьмут крепость сегодня, либо не возьмут ее никогда.

— Это так, если не думать о магах. — Капитан мог этого и не говорить, но в ходе обсуждения он увлекся возражениями начальству.

— Как нам правильно указал высокочтимый А’Натрэт, это только его забота, и при всем желании мы ничем не сможем ему помочь.

Была глубокая ночь, и крохотная комната на вершине башни А’Натрэта освещалась только огнем из камина. Маг сидел в огромном кресле, занимавшем значительную часть помещения.

Этому деревянному креслу-качалке было ненамного меньше лет, чем самому старику, но он упорно не желал менять его на новое. Впрочем, кресло только недавно вновь отремонтировали по требованию мага, и сейчас оно лишь слегка поскрипывало в такт размеренным движениям мага.