— Вы тоже ощущаете повисшее в воздухе волнение? — осторожно произнёс Валерий Владимирович.

— Пожалуй, это уже не волнение, — ответил император. — Ещё немного, и людей начнёт накрывать неконтролируемый страх. И вы ощущаете, что магический фон начал изменяться?

До этого момента Пётр Дмитриевич не обращал внимания на магический фон. Да и смысл это делать, когда собралось столько сильных магов, а помимо них здесь ещё и все порождения магии Новой Слободы в компании скакунов великолепной четвёрки? Только этого хватит, чтобы магический фон начал вести себя крайне странно.

— Борис Алексеевич, возможно, не нужно дожидаться, когда это произойдёт, и самим активировать максимальный уровень защиты?

Романов мог сделать это и без одобрения императора, но раз уж он находится рядом, то стоит посоветоваться.

— Если ситуация в ближайшее время не улучшится, так и сделаем. Валерий Владимирович…

Что именно хотел сказать император, никто так и не узнал. Послышался радостный крик «Да!» и максимальная защита активировалась самостоятельно.

— Мне кажется, что это голос Максима Медведева, — сказал князь Донской. — И похоже, что он в очередной раз решил провести некий эксперимент. Вы это чувствуете? Невероятно мощный магический поток.

— Которого мы не должны ощущать, находясь практически в центре защитного заклинания, — буркнул Романов.

— Здесь даже сила Годуновых должна работать со сбоями, — задумчиво произнёс император.

— Вот сейчас мы и узнаем, что же такого произошло. Посмотрите туда, — Валерий Дмитриевич указал рукой на закованного в золотые доспехи скакуна, которым оказался выросший до размеров лошади корги. На его спине восседал Максим Медведев, сияющий, словно самый чистый бриллиант, и именно от него исходил магический поток.

Сомнений не осталось, что парень причастен к активации защитного заклинания.

Замерли абсолютно все. Даже Шуйская и Воронов прекратили свою забаву. Теперь центром всеобщего внимания был сверкающий рыцарь на своём великолепном скакуне.

Тем временем пёс радостно тявкнул, чтобы перед ним все расступились, и помчался к группе гостей, в которой находились родители Максима и других всадников, семья императора и Алёна Симонова‑Орлова. Её родственники находились в другой группе, и сейчас из неё вышла хмурая глава рода Ороловых. Княгиня явно что‑то почувствовала и быстро направилась к внучке, воспользовавшись всеобщим ступором, но и она замерла, когда перед ней появился Андрей Благословенный.

Пётр Дмитриевич видел всё это мельком, поскольку основное внимание было сосредоточено на Максиме, который уже практически подъехал к своей цели.