Только мы отвыкли от постоянного присутствия людей Романова, как нарисовались люди совета. И эти совершенно не умели быть скрытными и неназойливыми. Словно специально получили задание максимально нервировать нас и маячить перед глазами.

— Предлагаю не вестись на эту провокацию и просто нормировать присутствие наблюдателей. Могу сделать так, что мы просто не будем их видеть. Там простенькая иллюзия, даже напрягаться сильно не придётся. Воспринимать их как незначительную помеху, пока не переходят границы. Да и чего они в реальности смогут сделать?

Вопрос был риторическим, и все прекрасно понимали, что эти наблюдатели слабаки, которые в случае возникновения проблемы никаким образом не смогут её разрешить.

— Но всё равно раздражают до жути. Я из‑за них вчера чуть лабораторную не завалила, — буркнула Ленка.

— Ты её чуть не завалила из‑за того, что ничего не учила и решила положиться на авось. На твоём месте я бы отправился сейчас заниматься, а не решать, как покарать наблюдателей. В конце концов, они всего лишь выполняют приказ, полученный от начальства.

— Вот с начальством нам и нужно разговаривать, чтобы всё узнать, — закончил я, и вновь повисла тишина.

Даже наши обжоры перестали хрустеть. Никогда не поверю, что у них всё закончилось.

* * *

Так прошёл первый семестр, который мы закрыли не без сложностей. В основном они касались Ленки. Никак она не хотела воспринимать тот факт, что университет очень сильно отличается от школы и здесь наши знания слишком узки. Их недостаточно, чтобы учиться на отлично, и необходимо прилагать усилия, чего раньше мы никогда не делали. Возможно, кроме Миры, но и с ней я не уверен.

Ничего интересного за это время не произошло, если не считать нескольких попыток захомутать меня. Обе исходили от старшекурсниц, представительниц довольно знатных семей. А заканчивались они истериками и угрозами, которые крайне жёстко пресекались Скворцовой.

Подумаешь, поимел пару аристократок, которые хотели поиметь меня. Они меня — в фигуральном, затащив в род или получив ребёнка, а вот я их — в прямом. Чем опозорил род и всё в этом духе.

Даже реально приезжал отец одной из них разбираться. Целый граф с землями где‑то под Воркутой. Правда, уехал очень быстро. Сразу, как попытался начать угрожать. Вернее, даже начал угрожать, но быстро передумал, стоило Семёну на него немного рыкнуть.

Просто граф решил приехать в выходной день, когда мы отправились по домам. И припёрся ко мне домой. Понятия не имею, как его вообще пустили в Новую Слободу. Наверняка именно для того, чтобы случилось то, что случилось.