Алена на мой крик не отреагировала. Я выругался и, задев кого-то плечом, вспомнил про «Проблесковый маячок». Включил его, и бежать стало значительно проще.
Теперь все шарахались от меня еще до того, как я успевал приблизиться.
— Постой! — проорал я опять.
Большая собака, привязанная к лавочке на другой стороне улицы, ответила мне заливистым лаем, а стайка голубей взмыла ввысь.
Алена, не обращая внимания на мой зов, уже переходила дорогу, а я до сих пор был слишком далеко чтобы перехватить ее до того, как она скроется за углом, а потом исчезнет в подземке.
Зеленый на светофоре уже начал мигать. Ничего не оставалось, кроме как ломануться через проезжую часть, срезав расстояние. Я удачно проскочил перед свистящей тормозами машиной, инстинктивно выставив руку, словно ограждая себя невидимым щитом, которого у меня не было. Водитель обложил меня трехэтажным матом, но я не замешкался ни на секунду. Бежал по диагонали, пытаясь нагнать Алену. Мне сигналили, мне что-то кричали, но все это было как будто в какой-то другой реальности. Мне показалось, что мир расслоился: в одном слое бежал я, в другом — ехали машины. Прочувствовать, что это не так, получилось, когда одну из них занесло при торможении.
Боль от удара проявилась не сразу. Сначала было похоже, как будто я просто выронил из рук телефон — картинка перед глазами сбилась и замелькала, а потом твердый шершавый тротуар раскинул мне свои объятья.
Боль пришла позже.
И мысль, что на «Проблесковый маячок», как ни странно, четко реагируют люди, но не их машины.
Глава 20 Фокусник
— Врача! Врача! Позовите врача! — проорала какая-то женщина, и я чуть не заржал. Фраза была знакомой, ситуация абсурдной, а нервы, кажется, сдали. Возможно, я слишком приложился головой, а может, организм врубил защитные механизмы, но страх и смятение сменились нервозностью и желанием смеяться.
— Скорую надо, — прохрипел какой-то дед, видя, как на моем лице расплывается улыбка. — Башкой пацан долбанулся.
— Лежи, лежи, не вставай, у тебя рука в крови, — надо мной склонилась какая-то девушка, когда я попытался подняться.
В больницу мне точно нельзя. Я не в том состоянии, чтобы дурить кому-то мозги, мне б со своими-то разобраться. А то перед глазами все плывет, а в голове — гудит.
Я тряхнул чердаком раз-другой и, кажется, хоть немного стабилизировал картинку. Когда встал — все на мгновение потемнело, но сумел сохранить равновесие.
— Спасибо, все хорошо, — буркнул, игнорируя советы не двигаться до приезда скорой.
Двинул мимо лавочки с привязанным к ней псом, которого успел потрепать по голове здоровой рукой, и тот в благодарность лизнул мне ладонь.