Девушка не стала спорить. Вообще сестры Джейса оказались очень тихими. А может, так на них подействовала гибель родителей, и сейчас они просто приходили в себя. Хотелось как-то их поддержать, но все слова казались пустыми, и Хелен терялась в их водовороте.
* * *
— Что это было? — выглянула в комнату Катерина. — Звук странный.
— Пока не приедет Винсент, не узнаем, — сохраняя видимое спокойствие, проговорила Хелен. — Не стоит беспокоиться раньше времени.
Девушка не стала спорить. Вообще сестры Джейса оказались очень тихими. А может, так на них подействовала гибель родителей, и сейчас они просто приходили в себя. Хотелось как-то их поддержать, но все слова казались пустыми, и Хелен терялась в их водовороте.
А Винсента все не было. День сменился ночью, а Хелен у постели Джейса сменила Катерина, затем Лилия и снова Хелен. Генри позволил Джейсу проснуться лишь на четверть часа, но его пациент не понимал, где находится, и видел явно что-то страшное, потому что в глазах его был настоящий ужас. Когда с губ Джейса сорвалось отчаянное «мама», она сама попросила Генри дать ему уснуть снова.
— Утром придется окончательно разбудить, — предупредил целитель. — И дальше пусть организм сражается сам. Я не врачеватель душ, эя Вайнс, и даже если тело полностью выздоровеет, рассудок — штука куда более тонкая.
— Я понимаю. И готова.
На самом деле готова Хелен не была. Ей хотелось сделать все, чтобы облегчить страдания Джейса, но она могла только держать его за руку и надеяться, что он справится сам.
Винсент появился около десяти вечера. Его лицо выглядело серым от усталости, и сам он будто за день стал старше. Хелен поднялась ему навстречу, безмолвно вопрошая, что случилось. Айнсворд подошел ближе, посмотрел на спящего Джейса, покосился на закрытые двери спален.
— Девочки отдыхают, Генри тоже, — тихонько сообщила Хелен. — Ты как?
— Устал, — не отрицал ее брат. Думать о Винсенте в этом качестве все еще было сложно, но постепенно Хелен примирялась с мыслью, что их связывает куда больше, чем деловое сотрудничество или зарождающаяся дружба.
— Есть новости? Что рвануло утром?
— Этот безумец Фрайд взорвал башню кланов, — ответил он. — И дал городу еще двенадцать часов на размышления. Они истекут через полчаса, и я решил, что в этот миг хочу быть здесь. Клану отданы распоряжения, мы готовы к любому развитию событий. Во всяком случае, мне хочется в это верить. Однако пострадают ни в чем не повинные люди, и смириться с этим я не смогу.
— Как и я. Чем я могу помочь, Винсент?
— В том-то и дело, что ничем. — Он устало убрал со лба выбившуюся светлую прядь.