– Знаешь, в чем твоя ошибка? Ты думаешь, что человека можно переделать. Ты полагаешь, что при должном усилии получишь от него то, чего очень хочется. Ошибаешься, мой друг. Никогда прикроватная тумбочка не станет изящной фарфоровой статуэткой.

– А как же алмаз? В природе ведь он совсем некрасив, неприметен даже, и только при должной огранке настоящего мастера обретает он блеск и сияние.

– Именно потому, что он алмаз, становится камень бриллиантом. Но никогда не получишь ты бриллиант, пытаясь обработать обыкновенный булыжник.

Я искренне считала, что моя красавица и умница подруга заслуживает самого лучшего мужчину на свете.

– Лен, пойми, тебе нужен, пусть не принц, но мужчина по всем статьям достойный. Может быть, тебе «выключить» этот образ простушки из своей жизни и «включить» стерву. Говорят, что сильные и уверенные мужчины любят таких, что похолоднее.

В ответ Лена лишь пожала плечами. И где мне было знать, что она решит воспользоваться моим советом, да еще так буквально?

Через две недели она позвонила и сказала мне, что встретила его, того самого.

– Я точно знаю, что это он, – заявила она мне в трубку. Сильный, уверенный в себе. Красивый. И я сделаю все, чтобы его не упустить.

– Я буду держать за тебя кулачки, дорогая.

С того дня дети Леночки, можно сказать, совсем перекочевали ко мне. Лишь изредка, по будням она забирала их домой. Все выходные дни ребятишки оставались со мной.

С каждым новым визитом Лены ко мне и детям я все меньше узнавала в ней свою прежнюю добрую и наивную подругу. Она потихоньку делалась другой не только внешне, изменив прическу на ультра короткую стрижку и выкрасив волосы в фиолетовый цвет. Она и внутренне становилась жестче. Отвечала односложно и вообще очень неохотно шла на откровенный разговор.

– Может, ты познакомишь меня со своим принцем? – аккуратно спрашивала я.

– Может быть, – отвечала мне моя подруга, в которой от моей подруги оставались разве что глаза, и то взгляд стал жестче, словно в него добавили стали. Вы когда-нибудь видели глаза много раз преданной женщины, у которой сердце не просто было разбито, а разнесено в клочья? Немного пугающее зрелище, хочу я вам сказать.

Она стала вся какая-то безжизненная, но при этом такая красивая. Лена очень похудела, но эта худоба и мертвенная бледность ее кожи ей очень шли. И все было бы ничего, если бы однажды в понедельник она не явилась в положенный срок за детьми. По понедельникам она приходила за ними всегда, чтобы отвезти восьмилетнюю Иру в школу, а пятилетнего Вадика в детский сад. Ребятишки всегда ждали ее прихода с нетерпением, ведь как бы хорошо им ни было у меня, они очень скучали по маме. Пусть и по такой вот изменившейся.