Она была права. Во мне распрямилась в полный рост и распустилась, как бутон, женщина во всей своей красе. Я стала одеваться ярко, подчеркивая свою сексуальность. Но дело даже было не в этом, а во внутреннем ощущении своей силы и уверенности в себе.
Выпив кофе и съев по мороженому, мы решили немного прогуляться. Когда мы шли с Натальей по улице, я с удовольствием замечала, как парни сворачивают шеи, провожая нас взглядами. Но смотрели они теперь больше на меня.
Чтобы звезды дрогнули…
Я всегда была из тех людей, которых приручить нельзя. Кто бы ни старался приблизить меня к себе, как бы я ни любила человека сама, но внутри меня всегда оставалось нечто такое, чего не открывала я никому. Какое-то скопление одиночества, маленькое, незаметное обычному глазу. И это пространство напоминало мини Галактику, наполненную холодными звёздами, яркими и блестящими, но абсолютно безжизненными, а наполнять его чем-то другим я не хотела или, скорее, не могла. Нельзя сказать, при этом, что не была я с людьми настоящей или доброй – была. Но отдавая своё сердце, я всегда отдавала его не полностью. Я была подобна дикому зверю – стоило мне почувствовать вкус свободы, как непреодолимо тянуло меня на волю. Ни ласка, ни забота, ни участие, не могли позволить мне стать ручной. Привязанность – этого я была лишена напрочь. А приручить хотели многие. Так уж человек устроен, дай ему что-то дикое, и он непременно будет стремиться его «одомашнить». Чем дольше я жила, тем сильнее на меня давило моё внутреннее одиночество и неспособность быть как все. Я видела, что не могу приносить счастье людям, ведь они не умеют любить нас свободными, им нужно обязательно присвоить, посадить на цепь и кормить отборной пищей, только бы не потерять, отпустив от себя. Иметь меня было нельзя. Я не умела принадлежать никому, и, смирившись со своей особенностью, сразу давала понять, что я здесь ненадолго, что дикое сердце нельзя посадить в клетку, пусть она будет даже из чистого золота.
Всё так и было бы в моей жизни, но она решила подбросить мне испытание в виде такого же, как и я, «дикаря».
Увидев его, все мои безжизненные звёзды дрогнули. Да так, что пустое пространство стремительно стало наполняться чем-то доселе мне неизвестным – безудержной нежностью и стремлением принадлежать одному человеку всецело. Но об этом чуть позже.
Даже и не знаю, что именно сделало меня такой одиночкой. У меня было совершенно спокойное детство, в котором не испытывала я ни нужды, ни гонений сверстников. Я росла тихой и спокойной милой девочкой, ничем не отличающейся от своих сверстниц, хорошо училась в школе и слушалась родителей, которые растили меня в любви и ласке. Однако, по мере моего взросления, я стала отмечать для себя тот факт, что типично девичьи мечты о замужестве вызывают у меня зевоту. Возможно, вы не поверите, но я никогда не грезила белым платьем невесты и не хотела встретить принца, с которым сыграем мы пышную свадьбу, а потом, непременно, нарожаем кучу милых ребятишек.