В какой-то момент его рука провалилась в пустоту, и командир, не удержав равновесие, плюхнулся на четвереньки в жидкость, которая тут же защипала открытые участки и многочисленные ранки. Рядом кто-то завозился. Зефир протянул руку и нащупал плечо.

В голове молнией пронеслась единственная мысль: «Леопольд!», а затем командир схватил парня за руку и потащил вперед, постепенно ускоряясь. Вскоре перед ним выросла еще одна стена, перегораживающая проход, которую он перерубил несколькими взмахами клинка.

Жидкость по колено сменилась какой-то пастой, на которой можно было легко поскользнуться, но командир упрямо продолжал бег. Легкие уже не просто жгло: в груди будто бы кто-то устроил пожар, и Зефир понял, что всё…

Вложив меч в ножны, он быстро вытащил деревянный жезл и, нащупав стенку, влепил по ней.

* * *

Крупный синеволосый парень в кирасе и шлеме, хекнув, ударил металлическим щитом полутораметровую змею с двумя головами и парой хвостов. Послышался хруст четырех кинжалообразных клыков, торчавших из пасти, и монстр с зеленоватой чешуёй отлетел в сторону, точно отрез толстой веревки.

Богдан тем временем опустил свой монструозный топор на второго противника, который пытался укусить его за ногу, перерубив тварь пополам.

Несмотря на обилие врагов и гигантскую змею, с которой рубились командир с Леопольдом, юноша улыбался — впервые он участвовал в таком безумном, богатом приключениями походе в Выдох и получал от этого искреннее удовольствие.

Парень не любил признаваться даже себе, но он боялся зоны. Это чувство преследовало его постоянно, стоило только ступить на проклятые земли. Однако в этот раз всё оказалось совершенно по-другому — чертов страх, снедавший изнутри, внезапно испарился.

Всё случилось той роковой ночью во время нападения козлоногих.

Когда из деревьев вышло огромное чудовище со свитой, он уже прощался с жизнью и даже начал оглядываться по сторонам в поисках пути к бегству. И именно в тот момент заметил, с какой легкостью Леопольд недалеко от них уничтожает своих трёхметровых противников. Все движения черноволосого сливались в одно сплошное мельтешение, а инкрустированные камни на его оружии создавали причудливые световые линии в бликах костра. Богдан попросту не мог нормально рассмотреть движений парня — практически своего ровесника.

Но результат… Результат был потрясающий: черепа тварей лопались с отвратительным хрустом, грудные клетки вминались, а конечности ломались. И чудовища, которыми обычно пугали детей, ничего не могли сделать чернявому юноше.

Даже Марика, которую он раньше считал настоящим монстром, меркла. Да что там говорить, его отец — самый сильный человек в клане — был на такое не способен.