Так что, подавив желание оглашать Хогвартс воплями «Аврора, звездочка моя, гиде ты, нужна ты мине!», отыскал госпожу замдиректора ножками и выдал свое решение.
А по окончании месяца пришлось переться в Министерство, «налаживать контакты» со свежеобразованным «временным Отделом надзора за условно-благопристойными ликанами». В процессе знакомства худел: то ли модную мадам я чем то обидел, то ли Скримджер глумится в фоновом режиме.
Отдел назвали, выделили двух молодых авроров и одного сотрудника, точнее сотрудницу ДМП для документооборота. Выделили им даже помещение, повысили зарплаты… И все. Отдел создан, может работать, ура. В ходе вдумчивой беседы, выяснилось, что «сотрудники» не вполне понимают, чем им предстоит заниматься, «разберетесь по обстоятельствам». Ну, а когда господа и дама на вопрос «а кто у вас главный» стали неуверенно переглядываться, я молча покинул «отдел». Нет, были опасения о «торжестве бюрократии над разумом» типа Муди во главе отдела, который добрую половину ликанов прибил бы еще на пороге. Но теперешний результат мои опасения с преизбытком перекрыл.
Подумал, и призыв тяжелой жабалерии в виде Долорес, решил отложить до безвыходной ситуации. Да и модную Боунс дергать смысла особого нет — девчонки-секретаря в принципе на первых порах хватит. А вот авроры годов девятнадцати, если не меньше, с челом не обезображенным печатью интеллекта, да еще не в подчинении, а в отделе, сами по себе — нафиг такое счастье.
Поперся к Скримджеру, канючить нормального аврора, в довесок или на замену. Эгертона лучше, ибо знаю и имел дело. Встреча сторон проходила в теплой, дружественной обстановке. Правда в диалоге встречались фразы «кого ты послал мне Скримджара?», «Такой Эгертон мне нужон самому» и прочие, фольклорно-семантические вставки. Но, по итогам пары часов дружеской беседы, и упоминаний о Инспекционной Комиссии Визенгамота, с интересом гостящей в Штабе Аврората, Эгертона мне отдали. Даже не на замену, что приятно.
А вообще, как то у меня с львиноголовым канонно выходит, вроде и делить нечего, а смотрит на меня недобро, да и ругаемся. Впрочем хрен бы с ним, мне бы дело сделать.
Эгертон, имя которого я, не прошло и года, в смысле давно прошло, наконец-то узнал. В общем, Максимилиан Эгертон с фактом перевода смирился, возражений не выказал, повышение денежного довольствия одобрил, вот. Проводя брифинг, выяснилось, что изначальные олухи даже не сдали бумаги в Секретариат Министерства, на тему состава отдела. По исполнении бюрократических танцев, я, наконец-то, обозначил, что Визенгамот в моей роже, к слову, и инициировавший создание отдела, от оного хочет.